И вот тут до мужика дошло, что сейчас его будут убивать, он судорожно сглотнул, опустил свой полуторник, выставил вперед левую руку в останавливающем жесте, в его глазах читался неподдельный испуг, в уголках глаз застыли слезы, мужик зачастил:

– Нет, пожалуйста, не надо. Господин, я не хочу умирать. Сжальтесь, зачем вам моя смерть? Не отягощайте свою душу перед светлыми богами. Я слишком мало пожил на этой земле, у меня еще столько всего впереди. Я обещаю, что отброшу от себя воинское искусство, ни когда больше в жизни не выйду на дорогу. Не убивайте, ну зачем вам грех на душу? Лишний грех никому не надо, а зачем он вам, господин. Ну не надо...

Я кивнул Зосиму, который полностью зашел за спину разбойнику, и парень, не долго думая, сделал шаг и тюкнул молотом, другого слова более точно описывающего этот удар просто нет, мужика по шлему. Точно, причем шлем был хорошей работы. Почему я так решил, да очень просто. От такого тюканья, которым только что занимался мой ученик, человек без шлема или в дрянном шлеме, просто умер от того, что его голова потеряла целостность. А так мужик упал на землю и потерял сознание, причем на его великолепном шлеме не осталось ни царапины ни тем более вмятины. От молодецкого удара Зоси.

– Ты зачем ударил этого по голове?
– я носком сапога дотронулся до лежащего разбойника.

– А пусть не лезут.
– парень был настроен очень решительно. И увидев, что его удар не достиг цели, присел на корточки с целью добить. Я перехватил руку Зосима, тихо произнес:

– Учись. Урок первый. Никогда не убивай просто так. И не делай то, о чем будешь сильно жалеть. А что-то мне настойчиво подсказывает, что жалеть ты будешь о своем поступке очень сильно спустя каких-то часа два, после того как ты добьешь этого мужика и тебя немного отпустит, ты подумаешь, а зачем я убил того козла, можно же было просто сломать ему все конечности, а там как светлые боги захотят так и будет. Так что думай, Зося, стоит он этого или нет?

Парень встал с колен, со большим сомнением посмотрел на лежащего разбойника, потом на меня, сказал:

– Мастер, он же гад такой, ни один десяток людей на тот свет отправил. Он же душегубец проклятый. Таких надо мучительной смертью. А я же хотел по быстрому как вы тех.
– парень рукой показал на трупы.
– А вы мне о совести говорите.

Я молча покачал головой, подошел к лошадям, которые уже хоть немного но успокоились, все-таки признав во мне человека, а не зверя. Погладив своего жеребца по шее, я подхватив ножны с земли, вложил в них полуторник. Повесил перевязь на луку седла, повернулся к стоящему над разбойником Зосиму. Произнес. Стараясь не смотреть на парня:

– Давай лучше, парень, трупы с дороги уберем, чтобы они своим видом не портили внешний вид данной местности.

В ответ на мои слова Зосим сплюнул, причем сделал он это прямо на спину мужика. Махнул рукой и, подойдя ко мне, отложил в сторону молот, взял ближайшего мертвеца за ноги.

Когда последний мертвый разбойник оказался нами оттащен с дороги в придорожные кусты и там брошен, мы с Зосимом переглянулись и, не сговариваясь, пошли к последнему бандиту до сих пор лежавшему без сознания. Видимо, а точнее, скорее всего организм данного индивидуума был силен, если при нашем приближении он стал делать активные попытки подняться на ноги и, понимая, что это у него не совсем получается, активно стал отползать.

– По-моему, Зось, он совершенно не хочет с нами знакомится, а вначале был сама любезность. Как ты считаешь?

Парень серьезно кивнул, подойдя поближе он наступил на спину разбойнику тем самым пресекая его попытки улизнуть от нас.

– Мастер, а что мы будем с ним делать?

– Ты знаешь, я даже и не знаю. На ум приходит только одно, то что я тебе говорил совсем недавно.

Зосим присел на корточки рядом с мужиком, быстрым движением левой руки снял с него шлем, потом оттянул за волосы голову назад, достал из-за голенища сапог нож, приставил его лезвие к горлу разбойника и резко заговорил:

– Сколько людей ты убил, тварь!

Мужик в ответ только замычал, страшно вращая глазами.

– Сука, говори!
– правая рука Зосима надавила на рукоятку ножа, с лезвия тонкой струйкой потекла кровь.

– Десять, господин. На моем счету всего лишь десять. Я недавно в кругу. Не успел.
– разбойник захрипел. Выгибаясь дугой, старясь из-за всех сил предотвратить погружение Зосиного ножа в свою плоть.

Парень поднял на меня глаза, посмотрел сердито.

– Я же говорил, мастер.
– его голос был наполнен горечью.

– Отойди от него!
– я схватил своего ученика за плечо и резко дернул в сторону, заставляя его упасть на спину и перекатом уйти в сторону.