– Удачи вам, – усмехнулся всадник, и отряд двинулся дальше.

Когда они скрылись из вида, сроут осторожно высунул голову из сумки.

– Вот уж не знал, что мой пес такой враль, – покачал головой Ирвин.

– Это было замечательно, – от души похвалил Фантус. – Прекрасный экспромт, ты умнеешь прямо на глазах.

– Да, но перепугался я тоже порядочно, – признался пес. – В следующий раз в сумку залезу я.

– Ты сюда не поместишься, – успокоил сроут и, посмотрев по сторонам, вдохновенно произнес: – Эх, хорошо-то как!

Город остался далеко позади, вокруг зеленели сады и поля, крыши редких домишек прятались среди густых цветущих крон деревьев, а высоко, в чистом синем небе парили черные точки птиц…

– Жрать хочу! – сообщил Пилат.

– Любезный, ну что за манеры? – сроут ехал, наполовину высунувшись из сумки и очаровывался красотою пейзажей. – Подбирай выражения, не «жрать», а «есть».

– Есть я хотел три часа назад, а сейчас хочу именно жрать! Я называю вещи своими именами!

– Хорошо, – кивнул Ирвин, – скоро устроим привал, только найдем подходящее местечко.

Через полчаса бесплодных поисков Пилат начал угрожать.

– Всё, всё, вон, смотри, какой замечательный тенистый сад, – юноша кивнул на великолепные деревья, чьи ветви были отягощены крупными спелыми плодами. Меж деревьев вились аккуратные тропинки, посыпанные крупным белым песком, а около каждого дерева, разбрызгивая мелкие прозрачные брызги, крутился маленький фонтанчик.

– По-моему, мы влезли в чью-то частную собственность, – сказал сроут, глядя по сторонам.

– Ничего страшного, мы перекусим немного, а потом все за собой уберем.

– И ты тоже, Пилат, будешь убирать, я тебе напомню, если что, – сказал юноша.

Деревья расступились, друзья вышли на небольшую зеленую лужайку с аккуратно подстриженной травой. На лужайке красовался резной столик и скамейки, а неподалеку рассыпал прохладные брызги фонтан побольше.

– Да, мы явно влезли кому-то в дом, – сказал Фантус.

– Нет ни ограды, ни заборов, – возразил Пилат, – в случае чего, скажем, что не знали.

Ирвин достал из мешков еду и разложил на столике.

– Давайте скорее поедим и пойдем отсюда, пока и впрямь не попали в историю.

Друзья с аппетитом принялись трапезничать.

– Нет, вше-таки шдорово идем, – прошепелявил Пилат, тщательно пережевывая окорок. – Жамечательные нам попадаются люди!

– Не сглазь, – сроут хрустел орешками, – когда все время так хорошо, значит, скоро обязательно станет плохо.

– А ну, руки вверх, негодяи! – внезапно раздался чей-то зычный окрик.

– Предсказатель ты сроутский! Ужинать мы будем тобой! – пообещал Пилат, едва не подавившись окороком от неожиданности.

– Не смей произносить мое название как ругательство! Я этого не потерплю!

– Сидеть и не двигаться! – вновь приказал голос. – Открываю огонь без предупреждения!

– Извините, мы не хотели ничего плохого, – Ирвин огляделся по сторонам, не понимая, откуда доносится голос.

– Мы просто путешественники, – добавил юноша, – шли мимо и решили немного отдохнуть в вашем саду.

– Враки! – отозвался неизвестный. – Вы диверсанты, шпионы, заговорщики! Жулики, мошенники!

– Ну, почему мы производим такое странное впечатление? – обиделся сроут. – Мы писатели, ученые, философы! Будущие властелины городов и деревень!

– Ага! – обрадовался голос. – Так я и знал, что вы диверсанты-лазутчики! Против меня шпионы гнусные!

– Кажется, я сказал что-то не то… – пробормотал сроут.

– Простите, что потревожили вас! – крикнул Ирвин. – Мы сейчас же уйдем!

– Так я вас и отпустил живьем! – злорадно усмехнулся голос. – Как бы не так!

– Ну, это уже свинство, – оскорбился Пилат. – Мы просто немного перекусили на его лужайке, даже намусорить не успели, а эта зараза уже в драку!

– А ну повтори, как ты меня назвал?! – завопил голос. – Я тебе сейчас покажу, кто тут зараза!

– По крайней мере, я никого не оскорбляю и убивать не собираюсь безо всяких на то оснований, – Пилат встал в позу, скаля зубы. Он усердно вертел головой по сторонам, стараясь отыскать источник звука.

– У меня этих оснований предостаточно! – заявил голос. – Так что не двигайтесь, иначе открою огонь!

– Псих, – сказал сроут и продолжил прерванный обед. – Если нам нельзя уйти, продолжим, хотя бы, есть.

– Верно, – согласился Пилат.

Некоторое время они молча жевали в тишине.