– Останавливайтесь у меня, жена с сыном гостят у родных в Гарде, так что я один, места всем хватит, да и мне веселее.

– Прекрасно! Мы согласны! – обрадовался Пилат.

– Ух, ты, в первый раз вижу говорящую собаку, – рассмеялся мужчина. – Кстати, меня зовут Бойро, а вас?

Друзья представились. Вскоре кляча, запряженная в повозку, остановилась у небольшой лавки с заманчивой надписью «Еда для всех».

– Видите, сама знает, где надо остановиться. Она у меня умная! – довольно усмехнулся Бойро.

Спустившись с повозки, все вместе вошли в лавку. Внутри было прохладно и пахло чем-то очень вкусным.

– Берите все что нужно, – сказал Бойро, – лавка моя, не стесняйтесь, угощайтесь.

– Нам везет на замечательные знакомства, – заметил сроут, оглядываясь по сторонам. – Ну что ж, приступим, пожалуй…

– Ребята, только не увлекайтесь, – шепнул им юноша, – надо иметь совесть.

– Да, да, конечно… – рассеянно произнес Пилат, преданно глядя на большой копченый окорок, висевший на стене. – Пожалуй, я возьму этот кусочек…

Тем временем соут уже деловито рылся в коробках и бочках, попутно вытаскивая из-под прилавка пустые мешки побольше.

Пока Пилат с Фантусом грабили лавку, Ирвин разговаривал с Бойро. Юноша выяснил, что городок называется Волски и что неподалеку находится город побольше, под названием Дервилль.

– Давайте-ка, юноша, выйдем на свежий воздух, – сказал Бойро, – надо покормить мою старушку.

Ирвин помог ему вынести мешок, наполненный бледно-зелеными зернами. Бойро высыпал их в стоявшее на земле корыто и лошадь принялась флегматично похрустывать.

– Вы можете оставаться у меня сколько хотите, – продолжил Бойро, – гости в нашем городке большая редкость. Жена с сыном вам обрадуются, мой сорванец чуть-чуть постарше тебя, вы наверняка подружитесь.

– Большое спасибо, но, к сожалению, мы торопимся. С удовольствием останемся переночевать, а завтра утром отправимся дальше.

– На обратном пути навестите меня?

– Конечно, – улыбнулся юноша.

Послышался какой-то шум, Ирвин обернулся. В дверях лавки возился Пилат. Он тянул зубами огромный мешок, из которого торчала всякая снедь, глаза собаки фанатично блестели. Заметив, как смутился Ирвин, Бойро засмеялся:

– Ничего страшного, в дороге запасы не помешают.

Пилат наконец-то выволок свой мешок и в дверном проеме показался пыхтящий сроут с таким же точно. Ирвин с Бойро погрузили все на повозку, и кляча лениво пошлепала по тенистым улочкам городка.

– Вот, здесь я и живу, – Бойро махнул рукой в сторону белого домика с зеленой соломенной крышей. – Заходите, располагайтесь.

Ирвин спрыгнул с повозки, а Пилат с Фантусом остались сидеть на своих узлах.

– Ну, что же вы? – спросил Бойро. – А, может, хотите чтобы я перенес все это в дом? – догадался он.

Пес со сроутом согласно закивали. Лишь после того как всю провизию перетащили в домик, они успокоились и расслабились.

– Как у вас здесь мило, – сроут уселся за стол у окна. На столе красовалась вышитая скатерть и ваза с цветами.

– Да, но у нас здесь очень тихо, так тихо, что становится скучно.

Бойро расставил на столе деревянные тарелки и кружки.

– Сейчас поужинаете и ложитесь отдыхать.

– О, как я люблю такие слова! – простонал Пилат. – Они слаще всякой музыки!

– Ох, как хорошо, – сроут с наслаждением потянулся. – Какое счастье выспаться на кровати, а не на земле.

Фантус грелся под боком Ирвина, а на половике рядом на весь дом храпел Пилат. Солнечные лучи пробивались в щели занавесок, со двора доносился заливистый птичий щебет.

– Пора вставать, – юноша, прищурившись, посмотрел на облитое солнцем окно. – Надо поблагодарить гостеприимного хозяина и идти дальше.

– Ой, как не хочется, – зевнул сроут и, свесившись с кровати, пощекотал Пилату нос. Пес чихнул, но не проснулся.

Стараясь не наступить ему на хвост, Ирвин с Фантусом застелили кровать, и пошли на кухню. На столе их поджидал завтрак, Бойро видно не было.

– Должно быть ушел по делам, – сроут гремел ковшом, пытаясь зачерпнуть воды из большой деревянной бочки. Воды было немного и маленький сроут никак не мог дотянуться.

– Подожди, сейчас помогу. – Ирвин зачерпнул полный ковш, они вышли во двор и стали умываться. Через пару минут из дома выполз безостановочно зевающий Пилат.

– О, Пилатыч, ты сам проснулся? – удивился Фантус. – Иди умываться.