Шрифт:
А что, если она не справится со своими чувствами? Что, если она сорвется, когда он бросит ее? Но ведь он не хочет причинить ей боль…
Ник взял в руки портфель и достал из него контракты, которые он собирался обсудить с партнерами, специально ради этого летевшими в Детройт.
Слишком поздно сокрушаться о возможных последствиях, вынес приговор Ник, и мысли его потекли по уже привычному руслу. Он страстно желает ее. И она хочет его…
Глава тринадцатая
На другой день ровно в час Лорен отправилась на восьмидесятый этаж, и Мэри сообщила ей, что мистер Синклер хочет немедленно видеть ее. Стараясь не нервничать, Лорен пригладила волосы, которые завязала тугим узлом на затылке, и вошла в его кабинет.
— Вы хотели меня видеть? — вежливо поинтересовалась она.
Ник оставил документы, лежавшие перед ним на столе, и, откинувшись на спинку кресла, стал лениво оглядывать Лорен с головы до ног.
— У вас была такая же прическа, когда мы отправились в Харбор-Спрингс, — произнес он бархатным баритоном. — Мне она нравится.
— В таком случае я изменю прическу, — как ни в чем не бывало отозвалась Лорен. — Буду носить волосы распущенными.
Он усмехнулся.
— Значит, такая у нас пойдет игра?
— Что?
— Игра, которую мы начали вчера.
— Я не играю в ваши игры, — твердо возразила Лорен. — Мне не нужен приз.
Но это была неправда. Она хотела его. Хотела, чтобы он принадлежал ей всегда. Ей и только ей… Лорен презирала себя за слабость, потому что не могла выкинуть Николаса Синклера из своего сердца.
Ник с удовольствием отметил, что Лорен помрачнела, и кивнул на кресло возле стола.
— Садись. Я как раз собирался посмотреть досье, которое мне только что прислали.
Лорен вздохнула с облегчением, решив, что Ник собирается приняться за работу, но тут ее взгляд упал на обложку досье, которое он держал в руках. «СЕКРЕТНО. ПЕРСОНАЛЬНОЕ ДОСЬЕ». Это было написано большими буквами, а внизу напечатано на машинке «Лорен Э. Дэннер. Служащая. № 98753».
Лорен покраснела, мгновенно вспомнив, как нарочно провалила тестирование и назвала должность президента в качестве подходящей для нее. Ник прочитает и…
— Итак. Лорен Элизабет Дэннер. Элизабет — красивое имя, не хуже, чем Лорен. Они оба тебе подходят.
Не в силах терпеть пытку флиртом, Лорен гордо вскинула голову и с вызовом изрекла:
— Меня назвали в честь двух моих незамужних тетушек. Одна из них косила, а у другой на руках были бородавки.
Ник словно не слышал ее.
— Цвет глаз — синий. — Он поднял на нее изучающий, немного насмешливый взгляд. — Правда, синий. От таких прекрасных глаз мужчина может потерять голову.
— Мой правый глаз косил, и мне приходилось носить очки, — радостно сообщила ему Лорен. — Пришлось делать операцию.
— Маленькая девочка с синими косящими глазами и в очках на носу… — улыбнулся Ник. — А ты была ничего.
— Не ничего, а синим чулком.
У Ника дрогнули губы, когда он наконец сообразил, к чему она ведет. Он перевернул страницу и прочитал все от начала до конца, до того самого места, где Лорен писала, что считает себя достойной кресла президента компании.
— Ну и ну! — расхохотался он. — Уитерби и мне надо быть бдительными. Какую же должность ты предпочитаешь?
— Никакую, — отрезала Лорен. — Я написала это, потому что по пути в «Синко» решила не работать на компанию.
— Ты нарочно провалила тесты?
— Да.
— Лорен… — проговорил он тихо и так ласково, что она мгновенно вспомнила, где и как собиралась себя вести.
— Я была несказанно рада, когда мне удалось прочитать ваше досье, — холодно проговорила Лорен. — Скажем, документы о ваших связях с общественностью, — уточнила она, глядя ему прямо в глаза. — Мне все известно о Бебе Леонардос и о французской кинозвезде. Я даже видела фотографию, на которой вы запечатлены в тот день, когда отослали меня прочь под предлогом делового свидания.
— Ты обиделась?
— Мне было противно, — отозвалась Лорен, умолчав о свой обиде. Ей не хотелось больше о ней вспоминать. — Будьте добры, позвольте мне вернуться к моей работе.
Минуту спустя Ника вызвали на какое-то совещание, которое продолжалось до конца рабочего дня, так что Лорен могла свободно вздохнуть. Ее покой нарушали только довольно частые и многозначительные взгляды Мэри Каллахан.
На другой день случилось неожиданное. В десять часов утра к ее столу подошел чем-то обеспокоенный Джим.