Лорен отпила из бокала. В любую минуту он может встать и повести ее в дом. Ник закурил. В ночном сумраке, который не мог разогнать фонарь, его черты потеряли четкость, зато исходившая от него энергия стала еще более осязаемой. У Лорен холодело в груди отчасти от страха, отчасти от возбуждения.

— Тебе холодно? — заботливо спросил Ник.

Она торопливо покачала головой, боясь, что сейчас он предложит ей пойти в дом. Конечно, подумала Лорен, Ник заметил, как она дрожит, поэтому добавила:

— Ты прав. Здесь немножко прохладно, зато так красиво, что не хочется уходить.

Через пару минут Ник погасил сигарету и отодвинулся от стола. Сердце Лорен убежало в пятки. Она залпом опустошила бокал и протянула его Нику.

— Я хочу еще.

Ник удивился, но налил вина и Лорен, и себе, а потом опять уселся в кресло, с любопытством глядя на нее.

Лорен боялась встретиться с ним взглядом и боялась отпугнуть его. Она встала, неловко улыбнулась и, подойдя к краю обрыва, принялась смотреть на темное озеро и дальние огни в горах. Ей хотелось доставить Нику наслаждение, и она боялась, что у нее ничего не получится. Он знал слишком много женщин, чтобы ее неопытность могла его хотя бы развлечь.

Ник встал с кресла, подошел к Лорен и положил руки ей на плечи. Хотя Лорен слышала, как он поднялся, но все равно его прикосновение было для нее неожиданным, и она вздрогнула.

— Да ты совсем замерзла, — прошептал Ник, прижимая ее к себе и обхватывая руками. — Так лучше?

Лорен совсем лишилась дара речи и лишь кивнула в ответ, а потом задрожала так, что не заметить это было просто невозможно.

— Так нельзя, — сказал Ник, разворачивая Лорен лицом к себе. — Пойдем в дом. Там тепло.

Лорен была в таком состоянии, что не поняла, куда он ее ведет. Она-то думала, что в гостиную, но когда чуточку пришла в себя, то оказалось, что они пришли в роскошную бело-коричневую спальню. Прямо перед ними стояла огромная кровать. Ник закрыл стеклянную дверь, словно отрезая Лорен путь к бегству, и она как будто окаменела.

Ник обнял ее за талию и притянул к себе. Другой рукой он отвел волосы с ее шеи и тотчас прижался к ней губами, отчего у Лорен перехватило дыхание. Сердце у нее гулко забилось, когда Ник, целуя ей ухо, медленно провел ладонями по ее груди.

— Ник, — торопливо прошептала Лорен, — я… я еще совсем не устала.

— Вот и хорошо, — ответил он, не отрывая губ от ее уха. — Потому что я не скоро позволю тебе заснуть.

— Но я хотела сказать… — Лорен едва не задохнулась от ласки Ника и бессильно прислонилась к нему, немедленно получив подтверждение его страстного желания. — Я хотела сказать, — пролепетала она, — что еще не хочу… спать.

— Лорен, я ждал целую вечность. Не проси, чтобы я ждал еще. Больше не могу…

Голос Ника действовал на Лорен завораживающе. Она услышала в его словах доказательство того, что сумела пробудить в нем сильную страсть, и это избавило ее от последних сомнений. Лорен не воспротивилась, когда он снял с нее кофточку и развернул лицом к себе, только сердце у нее билось быстро и громко как никогда.

— Посмотри на меня, — попросил Ник.

Лорен попыталась заглянуть ему в глаза, но не посмела и лишь проглотила застрявший в горле комок.

Ник взял ее лицо в ладони, и его серый взгляд словно околдовывал ее, лишал воли и в то же время наполнял неведомым доселе блаженством.

— Мы пройдем весь путь вместе, — сказал Ник и положил ее руку себе на грудь. — Расстегни мою рубашку, — почти шепотом попросил он.

Несмотря на смятение, Лорен сообразила, что Ник принимает ее страх за неопытность женщины, которую менее искушенные любовники не научили любовным играм, и теперь он старается восполнить этот пробел в ее биографии.

Лорен опустила ресницы, тени от которых легли на пылающие щеки, когда она послушно принялась исполнять его просьбу, правда, довольно неловко из-за переполнявших ее страха и радости. Лорен даже не заметила, как Ник снял с нее бюстгальтер, думая при этом, что она нарочно своей медлительностью старается посильнее возбудить его.

Наконец она справилась с пуговицами и петлями, и рубашка Ника распахнулась, открывая его крепкую бронзовую от загара грудь. Он был непозволительно красив, и Лорен подумала, что сейчас этот потрясающий мужчина полностью принадлежит ей и она может коснуться его, ведь ей так хочется это сделать…

— Ну же… Коснись меня, — шепотом приказал Ник.

Больше ей не потребовалось ни указаний, ни инструкций. Ведомая женской интуицией, Лорен положила руки ему на грудь и коснулась губами его кожи, ощутив, как он затрепетал от ее поцелуя. Ник заставил ее поднять голову и долго, смиряя свою страсть, смотрел в глаза, прежде чем наклониться и…

Губы Ника были теплые и поначалу нежные, как губы ребенка, но очень скоро от его сдержанности не осталось и следа, и он с такой жадностью впился в губы Лорен, что у нее от счастья голова пошла кругом.