– Нарежь нам чего-нибудь, чтоб закусить можно было, - распорядился комендант.

– По делу я к тебе, Виктор. Ну, для начала спрошу, не передумал о завтрашнем деле? Всё тихо, груз пройдёт кордоны?

– А то! Обижаешь, Эктор, профессионалы ж работают, - гном имел слабые от рождения голосовые связки и чтобы его слышали, часто срывался на смешной крик.

– Добро. Верю твоему слову. Мучает меня одна штука. В город сучка одна просочилась, знаешь?

– Не понял?
– изумленно вылупился Виктор и осушил стакан водки. Закуска в виде нарезанных солений и вяленого говяжьего мяса из "Живхранмеда" пришла как раз вовремя.

– Чего? Не слыхал, значится? Эх, странно получается, вроде и комендант, а ничего о городских делах не ведаешь, - Боров усмехнулся и выпил свою порцию огненной воды залпом. Виктор Житковяк, чистокровный поляк с еврейскими корнями, смотрел на собеседника с непониманием. Многие, кто знал Борова до Парка и кто встретился с ним в пределах периметра, отмечали, что всепоглощающий страх, который был верным спутником Эктора, куда-то понемногу рассеивался. Тесное партнёрство заставляло привыкнуть к тяжёлому влиянию Борова, притерпелся и Житковяк.

– Девка?
– переспросил комендант.

– Ага. Просочилась в Парк. Давненько уже. А вот всплыла новость только сейчас. Братец мой недавно обмолвился, вспомнил, зараза, спустя месяц, что, мол, к нему бабёнка в клуб приходила и отдаться хотела за информацию о Норо.

– Да иди ты?
– открыл рот Житковяк.

– Только сегодня всю душу из прихвостня Райх вытряс, ничем не поделился.

– Обидно, - искренне сочувствуя, всхлипнул комендант.

Собеседники сделали перерыв в разговоре, приговорив ещё триста грамм самогона каждый.

– И не говори, - согласился с досадой Виктора Боров, - только вот теперь интерес меня разбирает, что за краля, за каким в Парк полезла и зачем ей этот старикан? И вот что ещё, почему о проникновении тебе, коменданту, не сообщили?
– Эктор ткнул своим жирным указательным пальцем в грудь Виктору. Второй слабо пошатнулся, но удержался за край рабочего стола.

– За-га-д-к-а, - мечтательно протянул Житковяк.

– Вот именно, гадка эта загадка. Нечисто тут что-то, пятаком своим чую. В общем, понял меня, да? Не шурши, пока сверху не капнули, а тут сам, тихонечко, с доверенными человечками покумекай, что за девица, вдруг раньше других отыщешь. Должок за мной будет, Витя. А ты знаешь, что друзей я не обижаю никогда.

– Знаю, не обижаешь, - комендант порядком захмелел, и уяснил установку, как Отче наш: слабо и мутно.

– Примет ейных нет, прости уж. Как-нибудь на запах ориентируйся, - усмехнувшись, хрюкнул Боров.

– Ничего, у меня тут такие парни служат, любая псина от зависти сдохнет.

Парочка допила бутылку, затем добила оставшийся с праздника Дня Комитета коньяк, и Эктор заночевал у коменданта не в состоянии вести автомобиль. Часом ранее младший брат Борова вытянул полумёртвое тело Норо из багажника своего минивэна и бросил в подвал "Слепой луны", заперев дверь на крепкий замок. Отдавать Норо не имело смысла, считал Кастор, лучше использовать его как приманку для нежного, смуглокожего зверька.

Немая стена, не выше нескольких метров, была главным ограничителем в этом городе, урезая свободу и чувства. Многие на заре всего мероприятия пытались сигануть через неё и убежать, куда глаза глядят, но вот только осмотреться им как следует, не удавалось: острая раскаленная армада из тысячи патронов мгновенно прошивала невезучего беглеца. Все попытки, а их произошло не мало, заканчивались полным фиаско. Алла Андо смотрела на этот незатейливый лагерь, изучала стену, рисунки и граффити на ней, и теперь понимала, что история, в которую она сама себя затащила, приобретала новые, будоражащие оттенки. Девушка пристроилась на обломках разрушенного дома, которые возвышались над пустынным Сектором. Алла пришла сюда специально, чтобы увидеть закат. За спиной девушки кто-то крякнул, отряхнулся, это был Рой.

– Такой закат только в парке бывает, - сказал он, присев рядом с Аллой и свесив ноги вниз.

– Особенная красота, странная, но притягательная, - проговорила Алла, улыбнувшись приятелю.

– Сигарету хочешь?
– Рой закурил.

– Чем смолишь?

– Как всегда, "Марльборо". На, вот, - парень протянул сигарету, Алла отрицательно покачала головой.

– Зачем пришёл?

– Скоро собрание, архиважное, говорят. Но немного поболтать мы, конечно, можем. Целый месяц ты с нами, неужели не хочется расквитаться с этим Норо пошустрее? Чего тянуть то?

– Предводитель сказал мне, где его достать, но пока это рискованно. Хочу совместить приятное с кайфовым.

– О как!
– Рой затянулся и выпустил едкий дым в ядовитый воздух зверинца, внеся свою лепту в здешнюю экологию.
– Горяча, своенравна. Кошечка, а ты умеешь царапаться!

– О чём ты?

– Видел вашу с Зои тренировку на мониторах. Классно ты скачешь туда-сюда, с дома на дом, а как бьёшь, ух, - Рой сделал хук невидимому противнику, - просто блеск!

– Сегодня увидим, насколько меня хватит.