«Кто-то залез в дом среди бела дня», – сказал я себе еще раз. Заметил ли я что-нибудь, когда вернулся домой? Я не помнил. Честно говоря, я не мог даже вспомнить, что делал после возвращения, настолько усталым и разбитым чувствовал себя. И только сейчас до меня дошло, что в своем затуманенном состоянии я еще не прочел записку Атто. Я развернул ее и от изумления замер с открытым ртом:

– Ясно как Божий день, что вам обоим дали наркотик, – заключил аббат Мелани, нервно расхаживая взад и вперед по своей комнате на вилле Спада.

Бюва сидел в углу. Его глаза были налиты кровью, а сам он выглядел так скверно, что, кажется, у него не было сил даже зевнуть.

– Не может быть, чтобы ты не слышал, как воры перевернули весь твой дом, – сказал аббат, поворачиваясь ко мне, – и не может быть, чтобы Бюва не почувствовал, как его подняли с матраца, уложили на землю и не только сняли с него одежду, но и забрали деньги, оставив его полуголым. Нет, все это невозможно, если не использовать каких-то очень сильных снотворных.

Бюва робко кивнул. Чувство вины и стыда за случившееся было просто написано у него на лице. Значит, и Бюва сразу же после нашей миссии в городе заснул мертвым сном. Аббат был прав: нам дали какое-то наркотическое средство.

– И как же они это сделали? – с иронией нараспев произнес Мелани.

Мы с Бюва посмотрели друг на друга пустыми усталыми глазами: мы не имели ни малейшего понятия об этом.

– А они не пытались проникнуть к вам? – спросил я Атто.

– Нет. Наверное, потому, что я, вместо того чтобы сидеть по кабакам, – подчеркнул он с многозначительным видом, – не спал, а работал.

– Неужели вы ничего не слышали?

– Абсолютно ничего. И это самое странное во всей истории. Конечно, я запер дверь, ведущую из моей комнаты в комнату Бюва. Но все же, должно быть, это был самый настоящий колдун, кто бы он ни был.

– Сфасчиамонти, наверное, еще не вернулся, но остальные сбиры на вилле должны же были хоть что-то увидеть, – заметил я.

– Сбиры, сбиры… – нервно передразнил он, – они могут только пять и шляться по борделям. Они могли впустить сюда какую-нибудь шлюху, которая сначала обслужила охранников, а потом помогла ворам. Известно же, как происходят такие дела.

– Очень странно, – заметил я. – И всего через пару часов после нападения на несчастного переплетчика. Есть ли связь между этими двумя происшествиями?

– Милосердное Небо, надеюсь, что нет! – испуганно подскочил Бюва, у которого не было ни малейшего желания оказаться, пусть и косвенно, повинным в чей-то смерти.

– С уверенностью можно сказать: они искали то, что надеялись найти у одного из вас двоих. Доказательством является тот факт, что они не пытались проникнуть ни в какую другую квартиру в поместье. Я задал слугам по секрету пару вопросов, но все они очень удивились: никто не видел посторонних.

– Мы должны немедленно известить дона Паскатио Мелькиори! – воскликнул я.

– Ни в коем случае, – остановил меня Атто. – По крайней мере, до тех пор, пока сами не внесем ясность в эту историю.

– Но кто-то же проник в поместье! Мы все, наверное, находимся в опасности! И мой долг – сообщить господину кардиналу Спаде, что…

– Очень хорошо, ты встревожишь всех, гости будут жаловаться на охрану виллы и начнут разъезжаться. И про свадебное торжество можно забыть. Ты этого хочешь?

Аббат Мелани настолько привык к своим сомнительным делишкам, что уже не обращал внимания на то, что сам стал жертвой: ему всегда было что скрывать, поэтому он прежде всего заботился о сохранении секретности. Конечно, его возражения были небезосновательными: мне трудно было представить себе, чтобы я мог расстроить свадьбу племянника кардинала Фабрицио. Так что пришлось смириться и согласиться с аббатом.

– Но что же они искали? – спросил я, чтобы сменить тему.

– Если даже вы этого не знаете… Я, по крайней мере, не имею понятия. То, на что они нацелились, очевидно, связано со мной, потому что я – единственный, кто знает вас обоих. Но сейчас…

– Да?

– …я должен подумать, причем основательно. А пока что будем действовать последовательно. Есть еще и другие загадки, которые требуют решения, и, кто знает, может, они приведут нас к этой. А ты, мой мальчик, сейчас пойдешь со мной.

– Куда?

– На борт, как я тебе обещал.

Заглянув в кухню, чтобы взять что-нибудь перекусить на обед, мы тайно покинули виллу Спада, выйдя не через главные ворота, а прокравшись через виноградник, и незамеченными добрались до выхода.