В 1918 году, во время показательных выступлений в Сан-Франциско, Хоппе сделал серию из 25 очков. Этот рекорд никто не мог побить в течение десятилетий.

Собственно, чудом бильярда был и противник Хоппе – Уэлкер Кохран. Его отец был владельцем бильярдного зала, и Уэлкер начал играть на большом бильярде с десяти лет.его обучал отец, сам хороший игрок, и через два года стало понятно, что Кохран обладает талантом поистине исключительным.

Впервые он принял участие в любительском турнире по зонному карамболю в 1912 го-ду в Чикаго. Его выступление произвело настоящий фурор. Газета писала: «Юноша побеждает снова… Тринадцатилетнее чудо Уэлкер Кохран лидирует в местном турнире. Кохран набирает в среднем по 5 очков за один подход, а его наивысшая серия составляет 30 очков». Другая газета в заметке, озаглавленной «Мальчик из Айовы творит чудеса в бильярде», свидетельствовала, что Кохран закрепил лучшие показатели для своего возраста: «Он набирал в среднем по 9,7 очка, а его наибольшая серия составила 37 очков». Организатор чикагского турнира заявлял: «Этот мальчик привлекает к себе наибольшее внимание в городе. Когда объявляют о его предстоящей игре, то рядом просто яблоку негде упасть. Полагаю, что еще до окончания турнира он будет набирать в среднем по 15 очков».

С тех пор мастерство Кохрана росло стремительно. В четырнадцать лет в одном из матчей он набрал 40 очков; наибольшая серия – 165 очков, две серии за два подхода – 250 очков.

В 1921 году Хоппе потерял свою корону, но виновником этого явился отнюдь не Кохран, а Джейк Шефер. Прошло два года, и на первенстве мира Кохран нанес сокрушительное поражение и Хоппе, и Шеферу. Казалось, мастерство Кохрана достигло своего пика.

Новый лидер выиграл первенство мира в 1933 году, а затем закрепил успех новыми победами – в 1935 и в 1936 годах. Первенства 1940, 1941 и 1942 годов окончились для Кохрана неудачно. Он явно был не на высоте, и первенство снова перешло к Хоппе.

Кохран принес извинения своим болельщикам и обещал не разочаровывать их ожиданий. Свое слово он сдержал во время трансконтинентального матча с Хоппе. В 1944 году Кохран вновь был первым, в то время как Хоппе занял третье место. После этого успеха Кохран стал появляться на публике очень редко. Хоппе умер в 1959 году, а Кохран – через год после него.

Если подвести итоги Кохрана, то они выглядят впечатляюще: наибольшая серия в 25 очков в трехбортном карамболе, 638 очков в зонном карамболе.

Рекламисты всегда больше любили Хоппе, однако время от времени внимание уделялось и Кохрану. К примеру, одна из реклам изображает Кохрана, в одной руке которого зажат кий, а в другой – сигарета. Чуть ниже изображения чемпиона красовалась надпись: «Сигареты „Camel“ доставляют мне истинное удовольствие. Во время напряженного матча на первенство мира „Camel“ никогда не позволяет мне испытывать нервозность или неуверенность. Поговорка „Я пройду милю в поисках верблюда“ хорошо выражает и мои чувства!»

Внешне Кохран запомнился своим болельщикам подтянутым, всегда жизнерадостным, хотя и оставлял впечатление некоторой скованности. Однако он совершенно преображался в кругу семьи: был озорным, насмешливым, по-мальчишески великодушным.

Подобное несоответствие легко объяснить, если принять во внимание особенности обучения Кохрана. С самого детства его учитель Перкинс внушал мальчику мысль о том, что самоконтроль наиболее важен для того, кто желает стать чемпионом.

Он говорил: «Ты понимаешь, мой мальчик, что необходимо полностью контролировать не только три шара, но и свои нервы. Те два парня – Хоппе и Шефер – словно два куска льда. Ты исполняешь удары не хуже их, однако ты никогда не станешь чемпионом, если не превратишься в глыбу льда».

Одной из бильярдных звезд был в свое время Джей Боузмен. Его так и называли – Звезда Валледжо. До старости он сохранял неиссякаемый интерес к любимой игре. Рыжеволосый, со слуховым аппаратом, в очках и с сигаретой, он неизменно присутствовал на наиболее значимых бильярдных турнирах. Боузмен смотрел на молодых спортсменов, внимательно наблюдал за их действиями и только качал головой. «Они выглядят как группа танцоров, – вынес наконец он свой приговор. – Если бы мы в свое время так вертелись, нас бы немедленно выкинули из помещения».

Джей Боузмен начал играть в бильярд, как и большинство выдающихся игроков, с детства.

В пятнадцатилетнем возрасте ему удалось сделать серию в 17 очков на трехбортном карамболе.

В восемнадцать лет, в 1924 году, он победил чемпиона зонного карамболя Джейка Шефера. Последний был так угнетен происходящим, что постоянно задавал себе вопрос: «Зачем мне играть в трехбортный карамболь, если я не могу обыграть ребенка?» Шок был действительно настолько силен, что Шефер в течение восьми лет не подходил к тому месту, где шла игра в трехбортный карамболь.

В то же время Боузмен, казалось, был просто рожден для трехбортного карамболя. Он трезво оценивал игру своего противника, говоря: «Он слабо разбирался в отыгрышах… Я редко прибегал к намеренным отыгрышам, зато я играл по отыгрышу, контролируя шары. Выбор удара и контроль – вот главное в этой игре».

Когда в 1933 году Боузмен встретился с Кохраном, последний победил с совершенно незначительным перевесом. Боузмен вспоминал об этом матче: «Я не помню точный счет. Я помню только, что это была более или менее равная игра. С каждым разом он играл все лучше и лучше, а когда встреча подошла к концу, он знал почти все мои приемы. Мы вместе возвратились на Восток и приняли участие в первенстве мира. До этого только Оджи Кикхефер набирал на соревнованиях в среднем по 1 000 очков. Кохран выиграл первенство, а я финишировал вторым, и мы оба превзошли этот показатель. Мы произвели сенсацию».