– Гедимин мертв...
– Авенир засунул амулет в карман и, вспоминая, потер лоб. Голова отчаянно отказывалась работать.
– Я ничего не помню... А как ты смог одолеть его, когда он в два счета разнес все вокруг?

– Это не я. Я тогда даже не мог вспомнить, как меня зовут.
– Волшебник хмыкнул и небрежно махнул рукой.
– Этот глупец слишком увлекся и забыл, что даже Ключ не дает абсолютной неуязвимости. Сила Сети, освобожденная им самим, обрушилась на его же голову... Кусочки того, что было когда-то Гедимином, смерч разбросал по всей округе. Конец как раз достойный такого негодяя, как он.

Вонифат тяжело вздохнул:

– Но даже после того, как Ключ перестал действовать, вызванная им буря продолжалась не меньше двух часов. И только после этого Сеть вернулась к хрупкому равновесию.

– Два часа...
– Авенир потрясенно застыл, представляя себе, как он два часа безжизненно лежал прямо в самом сердце этой безумной игры стихий. Да за это время он мог погибнуть десятки или даже сотни раз. Охотник медленно выдохнул и мысленно напомнил себе помолиться Отцу Сущего и поблагодарить его за такую удачу.

Волшебник кивнул и повел рукой, очерчивая лежащую вокруг картину страшных разрушений:

– Теперь ты понимаешь, почему ни я, ни Каллист не стали использовать Ключ в городе? Представляешь, сколько будет жертв, если такое случится в центре Дитнолла или любого другого крупного города?

Охотник поморщился и мрачно кивнул.

– Понимаю... У меня еще один вопрос: а что сталось с тем колдуном, который напал на Гедимина?

– Фабиан.
– Вонифат нервно огляделся и передернул плечами.
– Не знаю. Нет никаких следов. Я надеюсь, что он все же сгинул где-нибудь здесь. Иначе у нас могут появиться новые неприятности.

– Неприятности? Но ведь теперь, когда Ключ у тебя и мы не в городе... Мы можем успешно защищаться... Я видел мощь Ключа...

– Нет!
– Вонифат резко оборвал разглагольствования молодого охотника.
– Никогда! Ты хочешь кончить как Гедимин? И при этом еще и быть виновным в уничтожении целого мира? Сколько еще подобных встрясок сможет выдержать Сеть, прежде чем разорваться?! Я не знаю. Может быть достаточно уже содеянного. Может быть, один из узлов Сети уже лопнул и теперь Бездна потихоньку просачивается в наш мир. Я не знаю. Никто не знает, кроме, возможно, Стража Бездны и Отца Сущего. И я не могу рисковать!

– Но... Ведь ты же говорил, что Гедимин - недоучившийся волшебник. У тебя должно быть больше знаний...

– Ты думаешь, что если силу Сети высвобожу я, то результат будет иной?
– Волшебник грустно усмехнулся.
– Да нет, все получится точно также. Только Творец может безбоязненно использовать Ключ. Я не бог и не способен стать им. И никто на Грастосе не способен.

– Так.
– Авенир хмуро присел на корточки, прислонившись спиной к громадному валуну.
– Я теперь вообще ничего не понимаю. Если Ключ настолько опасен, что его нельзя использовать без риска разрушить весь мир и, в то же время, его нельзя отдать никому из других волшебников, потому что они непременно используют его...
– молодой охотник поднял голову и посмотрел в глаза Вонифату.
– Что же мы будем с ним делать?

– Хороший вопрос. Полагаю, ответ может быть только один. Никто из живущих на Грастосе не должен получить Ключ.

– Понятно... Тогда все просто. Мы кладем статуэтку на камень. Ударяем по ней другим камнем и спокойно идем домой. Верно?

– Не совсем. На самом деле все не так просто.
– Вонифат с размаха ударил Ключом по оплавленному боку соседнего валуна. Кристаллическая статуэтка издала громкий протяжный звон, но осталась абсолютно целой.
– Ты думаешь, что Творец не предусмотрел того, что его статуэтка может разбиться?
– волшебник усмехнулся и снова поднял руку. И снова звон. И абсолютно целая фигурка мужчины с солнцем в руках, хотя на камне появилась длинная царапина.
– Он наложил на нее какие-то мощные чары, защищающие Ключ от любых повреждений. Ты можешь пойти в кузницу, положить статуэтку на наковальню и целый день трудиться, размахивая молотом. Скорее треснет наковальня, чем расколется Ключ. Пока действуют чары Творца, статуэтку невозможно сломать. И никто на Грастосе не понимает природу этих чар и, естественно, не может их снять. Этот выход отпадает.

– А если использовать магию? Ну, какую-нибудь молнию?

Волшебник молча покачал головой. Авенир ненадолго задумался:

– Ну, тогда мы можем ее спрятать. Уходим в самый дальний и дикий уголок Грастоса, копаем глубокую яму, бросаем туда Ключ, зарываем. И все.

– Не выйдет. Любой волшебник при желании может легко найти эту штуку при помощи магии. Недалеко от Ключа всегда ощущается легкое дрожание узлов Сети, а это очень легко обнаружить. Такое подвластно даже ученикам.

– Проклятье.
– Авенир разражено вскочил и яростно взмахнул рукой.
– Но ведь этот Ключ находится на Грастосе уже очень давно. Но почему же он всплыл только сейчас? Где же эта статуэтка была раньше?

Вонифат тяжело вздохнул:

– Далеко на западе находятся какие-то древние развалины. Никто уже не помнит, что там раньше было, но явно что-то громадное и величественное. Мраморные колонны изъеденные временем, громадные каменные блоки, древние курганы поросшие травой и деревьями. Это место у окружающих жителей считается проклятым и по своей воле туда никто не ходит... Говорят, там в незапамятные времена состоялось какое-то сражение.

– Что-то такое я слышал. Скала Прощания.

– Точно. Скала Прощания. Не думал, что ты о ней знаешь.
– Волшебник махнул рукой куда-то в западном направлении.
– Так вот, под теми руинами сохранились древние подземелья. И в одной из дальних подземных комнат неведомо сколько веков хранился Ключ, защищенный могущественнейшими заклинаниями. Никто не мог даже приблизиться к нему и остаться в живых. Кроме того, эти же заклинания не давали никому почувствовать статуэтку. До недавнего времени среди волшебников ходили только легенды о предмете необычайной мощи, спрятанном в неведомом потаенном месте. И вот буквально несколько лет назад легенда стала реальностью. Древние заклинания ослабели настолько, что кое-кто из волшебников почувствовал Ключ и быстро отправился на Скалу Прощания. Их кости все еще гниют в темных подземельях. Никто не смог обмануть защитную магию. Но совсем недавно один волшебник ценой жизни смог вынести Ключ из подземелья. Он умер немного позже, но дело было сделано... Ключ вышел в мир и сразу же стал самым ценным трофеем на Грастосе.