Ко всем!

Если б Сергий Радонежский был «полон» этой самой любовью «ко всем», то мы, русские, давно уже говорили бы на татаро — монгольском диалекте.

Из головы все-таки не идет вопрос: для чего Вы написали эту повесть — проповедь? Вы пишете, что во «искупление вины перед теми, кого описывал в повести «Великорецкая купель», описывал не как участник крестного хода, а как его зритель. А это не одно и то же — пройти с молитвенниками их путь или же, сидя в холодочке, расспрашивать их о пережитом».

Но ведь Вы, искупая вину перед героями «Великорецкой купели», впали в новый, еще более тяжкий грех. Не проникнувшись как следует сам верой в Бога, а потому плутающий еще, своим «Крестным ходом» зовете людей к самоуничижению, бессмысленной кротости и послушанию, к непротивлению злу насилием. В наше-то время, когда разгулялись сатанинские силы, схватили нас за горло.

В крестном ходе участвуют человек четыреста. Вы плелись по вятской земле, кинув свои дела. Безвольные, сирые и «бессмысленные». До такой степени, что девушка Катя думает, что все вы «тругники» от слова трутни. «…Все работают, а мы просто так идем, вот и трутники». Ее поправляют — «трудники».

Да где уж! Под Горохово источник Казанской Божией Матери до сих пор не обустроен. Хотя крестный ход здесь бывает каждый год.

В Вас блеснула мысль: «Идем с Владимиром и мечтаем, если Бог даст пойти на будущий год, то обязательно отпросясь у батюшки, прийти в Горохово вперед хода к наладить подступы к источнику, сделать по склону ступеньки, перильца, сам источник обвести срубом, сделать желоб, поставить крест. Дай Бог!» Благие намерения — не больше. Судя по тому, как Вы рванули из Великорецкого на автобусе, Вашей ноги здесь больше не будет. И вот с такими благими намерениями да с молитвами Вы думаете

одолеть сатанинские силы?! Смешно! Не зря говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад.

Уверяю Вас, Владимир Николаевич, читая эти строчки, приведенные выше, бесовские силы в лице гайдаровских энцефалитников хохочут до коликов в животе. Они падают в обморок от такой удачи — пока эти бараны ходят по России с крестами да молитвами, мы в это время обтяпаем свои делишки. А в случае чего, мотанем в Америку. Им страшно понравится Ваша повесть — проповедь, обезоруживающая и без того измочаленный народ. Мало того, что Вы обезоруживаете свой народ принижаете его, гнете на колени перед бесовскими силами, Вы еще на манер «новых русских» не упускаете случая поиздеваться над ним: «Назревает любимое русское дело — раскол».

Вы мне назовите национальность, в среде которой не «любят» расколов. Нет такой национальности на земном шаре. И Вы это отлично знаете. Но на всякий случай Вам хочется выглядеть «объективным». А по — русски это как раз и называется метнуть бисер перед свиньями.

И что после этого стоят заключительные строки Вашего «Крестного хода», где Вы впадаете в почти сопливое умиление, перемешанное с высокой патетикой, переходящее в состояние, определенное Вами как «немного не в себе»: «Солнышко, милое, смягчи свое паление, отстаньте, комары, чаще попадайтесь родники с чистой водой, тень от деревьев, будь густой и прохладной…» и так далее. А как же любимые Вами муки во спасение?

«Нет, никаким бесам не одолеть те дороги и тропы, те поля и леса, которые мы прошли (!), они наши, русские, навсегда. Жалкие вы люди, те, кто плохо думает о России, кто думает, что с Россией что-то можно сделать (уже сделали! — В. Р.) оставьте, не позорьтесь. Всем вам одну Маргаритушку не одолеть (!), уж чего говорить о всех нас. (С такими-то проповедниками — поводырями? — В. Р.). Мы не в митингах, мы в крестных ходах (!), мы не в криках, мы в молитве. (!) А сильнее силы, чем молитва православная, нет. (Есть! Автомат «Калашникова». Или «Узи» израильского производства. — В. Р.).

Владимир Николаевич, вы и меня можете обвинить в любви к русскому делу — расколу. Но я не могу молчать, когда человек, тем более уважаемый мною, несет ересь под видом православия.

Народы России, особенно русские, запомнят эту дату — 21 июня 1997 года. По суги дела, вы объявили войну русским. Холодную. (Пока). И день подобрали со значением: без малого за сутки до трагической даты — 22–го июня.

Вы собрались, чтобы обсудить вопрос: «Есть ли заговор против России?» А чтобы дать сборищу законный вид и толк, как говорил дедушка Крылов, на передачу пригласили несколько истинно русских людей. В том числе известного литературного критика Вадима Кожинова.

Если не считать еще молодого с бородкой, не запомнил фамилии, то, надо полагать, что в лице скромного, престарелого, морщинистого Кожинова вы представили русских, а в лице розовощеких, откормленных, самодовольных и наглых во главе с ангельски голубоглазым ведущим из «МК» по фамилии Лошак — царящих ныне на телевидении евреев. Этот ведущий то и дело смотрит в камеру, только вот не скажет: смотрите, какой я голубоглазый и хороший, — и издевательски — ласковым голосом прерывает оппонентов и дает слово своим. Особенно Новодворской, осатаневшей уже от безнаказанности. Она тужится почему-то предстать русской и вовсю поносит двоечников, под которыми разумеет русских.