Так что мы без помех подъехали к внутренним воротам, ведущим в длинный подземный коридор, что выходил во внутренний двор, окруженный неприступными стенами. Как и раньше, у дверей стояли огромные часовые с топорами в руках и рычащими псами на поводках.

— Назовите себя.

Часовые шагнули вперед, собаки натянули цепи.

— Леди Лиадан из Семиводья, приехала в гости к хозяйке, — произнес начальник моей охраны. — Мы все принадлежим дому Семиводья, удивляюсь, как это ты нас не узнаешь, Гарбан. Мы с тобой всего пару месяцев назад пили в этих самых стенах пиво. Открывай. Леди проделала долгий путь и очень устала.

— Мы никого не принимаем. И никаких исключений.

— Я не уверен, что ты правильно все понял. — Голос моего человека звучал уверенно, рука лежала на рукояти меча. — Леди приехала сюда в гости к своей подруге. Ты сам видишь, с ней маленький ребенок. Это сестра Шона из Семиводья. Если ты сомневаешься, пошли кого-нибудь к леди Эйслинг. Уверен, она с удовольствием примет нас.

— Мы ни для кого не делаем исключений. Это приказ лорда Эамона. А теперь убирайтесь, пока я не спустил собак.

Собаки, казалось, только и этого ждали, ведь Фиакка то и дело пикировал вниз у них перед мордами и взмывал вверх, чтобы снова ринуться вниз с насмешливым карканьем. Джонни проснулся и заплакал.

Я тронула лошадь.

— Я разберусь, — сказала я своим людям. И попыталась использовать тон, которым стал бы в подобном случае говорить Лайам.

— Пошли за лордом Эамоном, — сказала я. — Не сомневаюсь, что он примет меня. Скажи ему, что Лиадан здесь и хочет с ним поговорить. Скажи ему, что я привезла для него важные новости и что я не приму отказа.

— Я, право, не знаю, миледи. Лорда Эамона нельзя беспокоить, он сказал «никаких исключений».

Фиакка пролетел мимо часового. Так близко, что едва не выклевал ему глаз.

— Иди и скажи.

— Да, миледи.

Мы ждали. Эамон не спустился, но через некоторое время часовой вернулся, отпер ворота, и мы проехали мимо хрипящих собак по длинному коридору во внутренний двор. Повсюду нам встречались стражники. «Их столько, — мрачно подумала я, — что хватит на охрану самого опасного из существующих в мире пленников». Глубоко в сердце я знала, что Бран где-то близко. Должно быть, он еще жив и способен на побег, иначе, зачем держать в крепости столько вооруженных воинов? Когда мы наконец выехали на свет, двор оказался битком набит вооруженными людьми, а сам Эамон с мрачным, неприступным выражением лица стоял у входа. Он подошел и помог мне спешиться. Джонни хныкал, птица добавляла к общему шуму резкие крики.

— Лиадан, — нахмурился Эамон. — Что ты здесь делаешь?

— Так-то ты встречаешь друзей? — спросила я. — Мы устали и мне необходимо заняться ребенком.

— Зачем ты приехала?

Мои люди уже спешились и теперь внимательно прислушивались к разговору.

— Я привезла тебе новости, Эамон. Очень важные новости, их необходимо было сообщить лично. И еще мне надо повидаться с Эйслинг. Возможно, тебе стоит предложить моим людям эля, а меня проводить в спокойное место, чтобы я могла заняться сыном. Потом, когда тебе будет удобно, я бы хотела побеседовать с тобой наедине.

Он повернулся, отдал необходимые распоряжения и разогнал собравшуюся толпу, а я обратила внимание, что он и правда движется несколько неуверенно, как человек, еще не вполне оправившийся от серьезной раны, например, ножевой. Пришла служанка, провела меня внутрь, в тихую комнатку, где я смогла сменить одежду и покормить Джонни. Нам на подносе принесли еды. Эйслинг не появилась, а я о ней не спросила.

Время шло. Сынишка наелся и успокоился. Солнце за узкими окнами неумолимо двигалось. Служанка вернулась вместе с двумя другими, они восхищенно закудахтали при виде младенца и предложили последить за ним, пока я отдыхаю.

— Мне бы хотелось повидаться с Эйслинг, — сказала я. — Она здесь?

— Миледи плохо себя чувствует. Не думаю, что она сможет вас принять, — ответила пожилая женщина, как раз державшая Джонни на руках.

— Возможно, я смогу помочь, — предложила я. — Я умею лечить. Что с ней такое?

— Лучше спросите лорда Эамона.

— Но…

— Спросите лучше его.

Я неохотно позволила им унести Джонни на кухню, поскольку ему, похоже, было с ними хорошо, а я и правда очень устала и чувствовала себя совершенно потерянно. Фиакка улетел за ними, вызвав ужасный переполох. Я решила, что с таким сторожем сын пока в безопасности. Я посмотрела в окно, вниз, во двор, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь необычное, хоть что-то, что указывало бы на присутствие здесь особенных заключенных. Но кроме неимоверного количества стражи все выглядело обыденно.

Эамон наконец послал за мной. Он встретил меня в главном зале, в своем дубовом кресле. Слуги ушли, мы оказались вдвоем.

— Ну что же, Лиадан, садись. Может, выпьешь вина? Оно приехало к нам из самой Арморики [14] . Хорошее вино. Я не ждал твоего визита. Время очень неудачное.

— У подобных новостей не бывает удачного времени. Мой дядя Лайам умер, убит бриттами на пути к месту встречи с Уи Нейллом. Кто-то предал нас, союз теперь сильно ослаблен. Шон попросил меня доставить тебе эти новости лично и привезти с собой в гости Эйслинг, поскольку ему в это трудное время необходима поддержка. И еще, он хочет срочно переговорить с тобой.