— Мне кажется, — продолжал Джо, — что мы имеем дело не с какой-то силой, стремящейся к определенной цели, а с каким-то злобным существом… Этот кто-то не пытается нас убить или вывести из строя, нет, это какое-то невообразимое существо, которое забавляет то, что оно с нами делает. Это убивание нас по очереди… Оно вовсе не похоже на Холлиса. Он убивает хладнокровно, расчетливо. А из того, что я знаю о Стэнтоне Майке…

— Может, это дело самой Пат, — резко прервал его Ранситер, поворачиваясь от окна. — С точки зрения психологии — она садист. Именно такие люди обрывают мухам крылья. Она же играет с нами. — Он смотрел на Джо, ожидая его реакции.

— Мне это скорее напоминает действия ребенка, — сказал Джо.

— Ты только взгляни на Пат: она злопамятна и ревнива. Сначала прикончила Венди, к которой чувствовала особую неприязнь. Десять минут назад шла рядом с тобой по лестнице, наслаждаясь твоим беспомощным состоянием.

— Откуда ты знаешь? — спросил Джо. — Ведь ты ждал в этой комнате и не мог этого видеть.

«И еще одно, — подумал он, — каким чудом Ранситер знал, что я приду именно в эту комнату?»

Ранситер коротко фыркнул.

— Я не сказал тебе всего. В сущности… — Он замолчал, закусил нижнюю губу, потом быстро продолжал: — То, что я сказал, не было правдой sensu stricto [3] . Мои связи с этим регрессивным миром несколько отличаются от тех, которые связывают с ним тебя и всех остальных. Ты совершенно прав: я слишком много знаю. Это оттого, что я в этом мире — пришелец снаружи.

— Как дух… — буркнул Джо.

— Да. Я появляюсь тут и там. В ключевых моментах и в важнейших местах. Так было с повесткой дорожной полиции. Или с аптекой Арчера…

— Ты вовсе не записывал рекламный ролик, — сказал Джо. — Это была прямая передача.

Ранситер неохотно подтвердил, кивая головой.

— Чем же твое положение отличается от нашего? — спросил Джо.

— Ты хочешь, чтобы я это сказал?

— Да. — Он приготовился, хотя заранее знал, что услышит.

— Я не умер, Джо. Надпись на стене говорила правду. Вы все находитесь в холодильнике, а я… — Ранситер говорил с трудом, не глядя на Джо. — Я сижу в переговорной Моритория Любимых Собратьев. Я попросил, чтобы вас всех соединили проводами: таким образом вы функционируете как группа. Я же сижу здесь и пытаюсь установить с вами контакт. Именно это я имел в виду, говоря, что являюсь пришельцем извне, отсюда это мое появление — как духа, по твоему выражению. Уже неделю я стараюсь пробудить вас к состоянию активной полужизни, но… из этого ничего не выходит. Во всех вас жизнь постепенно угасает.

— А что происходит с Пат Конлей? — спросил Джо после паузы.

— Она лежит вместе с вами в состоянии полужизни и подключена проводами ко всей группе.

— Этот регрессивный процесс вызван ее способностями? Или это проявление распада, нормального для состояния полужизни?

Ранситер фыркнул, скривился и, наконец, сказал:

— Нормальное проявление распада. То же самое пережила Элла. Вообще, это переживает каждый, находящийся в состоянии полужизни.

— Ты обманываешь меня, — сказал Джо. Он чувствовал себя так, словно получил удар ножом.

— Джо, побойся бога, ведь я спас тебе жизнь, — сказал Ранситер, глядя на него. — Я прорвался к тебе, чтобы вернуть в состояние активной полужизни вероятно, теперь ты сможешь функционировать бесконечно. Если бы я не ждал тебя в этом номере, когда ты вполз в дверь… черт побери, подумай сам: без моей помощи ты уже лежал бы на этой старой кровати мертвый, как мумия. Я, Глен Ранситер, твой шеф, человек, сражающийся за ваши жизни. Здесь, в реальном мире, я один стараюсь что-нибудь для вас сделать. — Он по-прежнему смотрел на Джо. — Эта девушка, — продолжал он, — эта Пат Конлей, убила бы тебя так же, как убила… — он замолчал.

— Как убила Венди, Ала, Эди Дорн, Фреда Зефски, а теперь, может быть, и Тито Апостоса, — закончил Джо.

— Нынешняя ситуация очень сложна, — тихо сказал Ранситер. — Ее нельзя объяснить несколькими простыми ответами.

— Да ты и не знаешь этих ответов, — заметил Джо. — И в этом все дело. Ты выдумал свои ответы, чтобы объяснить свое присутствие здесь. И все прочие твои визиты, твои так называемые «явления».

— Я этого так не называл. Это вы с Алом выдумали такой термин. Не обвиняй меня в том, что вы двое…

— Твои знания о том, что, собственно, происходит и кто выступает против нас, не больше моих, Глен, — ты не можешь сказать мне, кто наш противник, ПОТОМУ ЧТО НЕ ЗНАЕШЬ ЭТОГО.

— Я знаю, что живу, — сказал Ранситер. — Знаю, что сижу здесь, в переговорной моритория.

— Твое тело лежит в гробу, — говорил Джо. — Здесь, в Предпохоронном Доме Истинного Пастыря. Ты видел его?

— Нет, — ответил Ранситер. — Но это, в сущности…

— Оно совершенно высохло, — продолжал Джо, — и сжалось так же, как тела Венди, Ала, Эди, и как скоро сожмется мое.