"То, что Базаров человек дела, видно сразу по его красной обнаженной руке".

Отнести фразу к числу анекдотических, бредовых, над которыми любой здравомыслящий человек весело посмеется? Можно. Особенно если учесть общую диковатую логику: дело - значит, рука. Но почему у бедного Базарова она только одна? Не помнила Катя, чтобы Евгений был у Тургенева инвалидом. И где же тире после фамилии Базаров, которое здесь необходимо?

"Базаров ненавидит многих, а у Аркадия нет врагов".

Разве враги Аркадия и ненависть Базарова логически сопоставимы? Чувства, насколько Катя понимала, можно сравнивать с чувствами, а людей - с людьми. Если же составители имели в виду, что добрый человек не имеет врагов, то, увы, жизнь опровергает этот достаточно сомнительный постулат.

"Но как можно было осмелиться на этом..."

Детям предлагают делать подобные речевые ошибки? А книгу ведь читали и редактор, и корректор.

"Своей смертью Катерина, а вместе с ней и автор, бросила вызов всей самодурной силе".

За "самодурную силу" Катя сильно бы снизила оценку и написала на полях грозное "стиль"! А уж о том, что в предложении неправильное согласование (почему "бросила", а не "бросили"?), и говорить излишне. Кстати, разве автор тоже погиб вместе с Катериной? Из контекста это очевидно.

А фактические ошибки?

"Роман Толстого "Война и мир" был написан в 1869 году".

За это сразу можно ставить двойку: роман создавался шесть лет - с 1863 по 1869 год, да и смешно думать, что подобную эпопею можно написать за год даже титану-Толстому.

Исаака Бабеля в сочинениях почему-то назвали Иваном, очевидно, на русский лад, а Уильяма Фолкнера - Джоном.

– Огромное количество стилистических мерзостей!
– объявил Акрам.

Первый раз он вышел отвечать к доске в кожаных перчатках. Великоватых, словно с чужих рук.

Валя часто возмущалась:

– У тебя дети на уроках в шапках, в банданах! Ты их распустила вконец! А с этими учениками говорить нельзя. Они сидят там и смеются своими делами...

Нервничая, она начинала говорить несуразности. И кричала в классе:

– Немедленно сними шапку! Ты что сидишь вшей паришь?!

Катя тоже в ответ раздражалась.

– Не приставай ты к ним! Когда будет надо, тогда они и снимут!

Валин крик перед началом уроков:

– Вы почему в школу с пивом пришли?!

И бесстрастный ответ Акрама:

– Ишь ты оно как... Что же нам, по-вашему, Валентина Иванна, с водкой в школу приходить?

И вот теперь перчатки... Катя постаралась их не заметить, но все-таки поинтересовалась:

– Не мешают?

Акрам покачал головой. Класс выжидающе смотрел на учительницу. Испытывал и проверял.

– Тогда пиши...

– А двойку сразу не поставите?

Катя искренне удивилась.

– Двойку по русскому за перчатки? Молодец! Оригинально мыслишь!

– Да нам всегда ставят двойки по русскому за плохое поведение!
– тотчас загалдел класс.
– Вечно мешают одно с другим! А так нельзя!

Так нельзя... Катя задумчиво смотрела на детей.

– Пишите, пишите, молодчата... С доски не списывайте: там могут быть ошибки. Акрам, у тебя как дела с русским?

Он пожал плечами.

– Дела как дела...

Катя дала классу задание на дом - выучить наизусть любое стихотворение - на свой выбор. Акрам и выучил на свой, на очень свой...

Встал и объявил:

– "Ночлег в пути"! Бернс.

Катя вытаращила глаза:

– Надо же... Молодец... "Чужая жена" Лорки тоже подошла бы ...

Акрам начал читать. Все слушали с интересом и смотрели на него - на вызывающего парня - улыбаясь. На строках: "Целуя веки влажных глаз..." он сбился. Степанов заорал::

– Ну вот! На самом интересном месте!

Катя поправила:

– Нет, Саша, самое интересное место он как раз прочитал нам без запинки.

И тут вдруг трепетная Танечка, со слов Доброва, уже лечившаяся в наркологии, крайне истеричная и чувствительная девочка, аккуратно и спокойно подсказала. Класс разразился овацией. А Акрам с помощью Тани подхватил и дочитал до конца.

Его выступление нашумело. Катя потом признавалась подругам, посмеиваясь:

– Да, наивно я предложила учить что угодно. Моя старая школьная учительница всегда повторяла: "Не позволяйте учить детям любые стихи, какие они хотят!". Зря я ее не послушалась...

Для "пятачков" Катя придумала на уроках рекламную паузу, во время которой детишки должны прорекламировать свои любимые книги - так называемое внеклассное чтение. И как увлеченно они готовили дома эти рекламные паузы! Придумывали себе наряды, притаскивали в школу атрибуты рекламы - то шляпу Незнайки, то кружевной воротник Мэри Поппинс. А уж когда речь зашла о программной Гоголевской "Ночи перед Рождеством...", Катя просто обхохоталась. Дети проявили самостоятельность. На урок пришла заинтересованная классная руководительница "пятачков". А в классе... И мешки с колядками, и "красотка Оксана" в монистах, и "кузнец" с приклеенными усами и оселедцем...