— Есть, но я буду исходить из ординатного принципа. Внимание, команда! Слушай распределение экипажей. Командир 1-ой машины — я. Командир 2-ой машины — мой помощник, суб-лейтенант Кайемао Хаамеа. Командир 3-й машины — Флит-сержант Лакшми Дсеи. Лакшми, кто будет вашим заместителем?

— Сержант Ромар Виони… Если он не возражает.

— Я уже вижу, что не возражает. Вы когда-то работали вместе?

— Мы вместе были в школе ВМФ, — ответила она.

— ОК… Кайемао, кто будет вашим заместителем?

— Оури Хитуоне, с «Пенелопы», если в этом нет политических противоречий.

— Брр, — сказал Пак Ен, — Оури, ваши убеждения позволяют вам быть замом принца?

— А что в этом такого? — удивился штурмовой пилот.

— Значит, решено. Тогда моим замом будет Лю Тайпо. Нет возражений?… Так. Нам остается определить третьих лиц в экипажах. Лакшми, я думаю что, ваш экипаж надо усилить штурманом. Нет возражений? ОК. Эрче Тороро идет к вам. За Чуки Буп, с ее сомнительным средним возрастом, нужен присмотр, следовательно…

Тут Ромар, обращаясь к Лакшми, весело и не очень тихо шепнул.

— Сейчас получится, что в экипаже шеф-кэпа нет ни одного коммуниста.

— Следовательно! — повысив голос, повторил Пак Ен, — В первый экипаж ее включать неэтично. В экстремальных ситуациях я даю приказ не «вперед!», а «за мной», так что пускай за этой замечательной девушкой приглядит Кайемао. Нет возражений?

— Прикольно! — воскликнула Чуки, — Я в экипаже с реальным принцем!

— Постарайся не хулиганить на борту, ОК? — мягко сказал ей Хаамеа.

— … Леле Тангати, — продолжал капитан, — включается в мой экипаж. Леле, у вас нет возражений?… У кого-нибудь еще есть вопросы или возражения по составу?

— Кэп, а почему экипажи по 3 человека, а не по 4, как в инструкции? — спросил Лю.

— Боевые машины, как вы видите, маркированы черным силуэтом райской птичкой на красном фоне, — ответил Ен, — Они разработаны в Кимби, в Колледже транспортных инноваций, специально для формирования CSAR «Hybird», которое будет заниматься обеспечением безопасности на море в западном экваториальном регионе…

— Мы прочли инфо, шеф-кэп, и подписали заявления волонтеров, — перебила Леле.

Пак Ен, с шипением выдохнул воздух и прицелился пальцем ей между глаз.

— Мастер-матрос, если вы думаете, что ваш временный переход из ВМФ Меганезии в волонтерский корпус новогвинейской акватории отменяет правила субординации и военной этики, то вы не вполне четко понимаете, что такое военное ремесло. Любая военная структура под любым флагом следует этим правилам. Объяснить, почему?

— Нет, сен шеф-кэп! Я понимаю. Извините, сен шеф кэп! У меня характер такой…

— …Не обязательно смотреть на меня глазами влюбленной фотомодели. Я сделал вам рабочее замечание, мастер-матрос Леле Тангати. Замечание и не более того. Если вы понимаете, почему я его сделал, то инцидент исчерпан. Мы поняли друг друга?

— Да, кэп.

— Тогда я договорю с того места, на котором меня по недоразумению, перебили. Итак, машины разработаны для «Hybird», и предполагается, что на них будут работать, в основном, выпускники патрульных школ Новой Гвинеи. Но первых курсантов будем готовить мы. В экипажах оставлено для них по одной вакансии. Еще вопросы?

— Но мы уже сейчас считаемся подразделением CSAR «Hybird»? — уточнила Лакшми.

— Совершенно верно. Именно поэтому вы получили инструкции по секретности. Еще вопросы? Нет вопросов? Экипажам — 7 минут на переодевание. С этого момента вы не должны работать в униформе наших ВМФ, поскольку… Не буду повторять текст того заявления, которое вы подписали, и той инструкции, которую вы перед этим прочли. Переодевайтесь — и по машинам. Через 10 минут мы выходим в море для выполнения первой учебно-боевой задачи, — Пак Ен помахал в воздухе черным конвертом.

— А что мы будем делать? — поинтересовалась Чуки.

— Черный конверт, — сказал он, — Я вскрою его, когда мы отойдем от базы на 12 миль.

Представим себе некого неадекватного геометра, который посмотрел на правильную равнореберную пятигранную пирамиду с 5-метровыми ребрами (легко запомнить, не правда ли), и вообразил, что эта пирамида должна стать модерновым боевым катером-глайдером. Назначив один угол носом, а два противоположных угла — хвостом, геометр долго и изощренно глумился над беззащитной стереометрической фигурой, сминая и загибая края, после чего, позвал такого же неадекватного инженера, который довел эту машину до действующей плавающе-планирующей модели.