уставилась на меня блестящими немигающими глазами. В ответ я так же пристально

вперилась в него, решительно сглотнула остатки коктейля из бокала и прошипела:

– А ты, мудак, даже не спас меня когда я тонула в этом гребаном бассейне!..

Пошел вон!

Собачья голова тут же исчезла, будто ему и впрямь стало совестно за свое

малодушие, а до меня вдруг дошло, что я снова изрядно навеселе. В глазах пока не

двоилось, но голова стала вновь пустой и счастливой. И думать ни о чем не

хотелось, ни о чем.

Рене - умница - вернулась очень скоро. В широких штанах с тысячью карманов и

разноцветной майке, оставлявшей открытым ее плоский загорелый живот. Ну и

конечно умытая и причесанная, как и полагается хорошей девочке.

– Пошли я тебе кое-чего покажу, - задорно подмигнула она мне совсем

по-мальчишечьи.
– Тут есть местечко для таких скромняжек как ты.

– Без сомнения это что-то гадкое.
– Пьяно протянула я, но тело свое со стула

подняла.

Брови Рене поползли вверх, секунду она ошарашено смотрела на мои ноги, а потом

вдруг спрятала лицо в ладонях и захохотала. Только сейчас я вспомнила, что

совершенно голая. Конечно на мне уже давно не бывало много одежды, но вот так

вот, совсем с голой задницей, я здесь еще не бегала.

– Сядь на место, развратница! Будешь смеяться, но не хочу, чтобы кто-то на тебя пялился.
– Сквозь смех бросила Рене, куда-то отошла и

вернулась уже с полотенцем, которое тут же кинула мне на колени.

– Давай, подружка, спрячь-ка срам, пока тебя никто не поверг грязному

надругательству.
– Захихикала она. Потом задумалась на миг и довольно хмыкнула: -

Да, я иногда такие фразы выдаю...

Я небрежно завязала на бедрах полотенце и стала по стойке смирно.

– Ну чо, пошли уже!
– Непослушным языком вывела я.

– А не страшно?

– С тобой - ни капельки.
– Уверенно произнесла я.
– А если бы у тебя еще и был

член, я бы давно в тебя влюбилась.

Мы обе загоготали моей шутке.

– Да, давно тебя стоило напоить.
– Рене дружески двинула меня в плечо.
– Но у

меня есть кое-что получше члена.

– Прелестно.
– Я протянула ей руку, и мы пошли в лес. Очень скоро освещенная

площадка с галдящей публикой оказалась далеко позади, и нас окутала прохладная

влажная темнота.

– Держись покрепче, здесь есть тропинка.
– Прошептала Рене, осторожно ведя меня

среди кустов ежевики. Собственных ног я почти не чувствовала и изо всех сил

старалась повторять все движения своей спутницы, цепко держась за ее руку.

Только поэтому, наверное, и не свернула себе шею. Ну и еще потому что бог,

вероятнее всего, "присматривает за пьяными".

– Слушай, Клер, а твой отец знал хоть, что здесь за фильмы снимают?
– Спросила

Рене, придерживая меня пока я перелазила через очередное бревно.

– Порнуху?
– Невинно спросила я. Теперь я разыскивала в темноте полотенце,

которое умудрилась потерять во время своих акробатических номеров.

– Пьянчужка...

– Сама дура. Знал конечно, а как ты думала!

– И все равно тебя туда отправил? Он что, козел?
– Рене первая подняла полотенце

и крепко обвязала вокруг моей задницы. Потом взяла меня за руку, и мы пошли

дальше.

– Почему козел?
– Я задумчиво почесала макушку свободной рукой.
– Обычный. Хотя

может и козел.

– У тебя странная семья. Можно сказать, у тебя и не было никогда семьи, ты об

этом не задумывалась?

– Я не выбирала.
– Буркнула я. Когда эта соплячка Рене начинала говорить как

взрослая, мне почему-то становилось не по себе.
– Да и зачем она нужна - эта

семья. Просто кучка людишек, которые так и норовят повесить на тебя свои

проблемы. Когда отвечаешь только за себя намного легче жить.

– Семья - это люди, которые любят тебя просто так, ни за что, Клер. И это...

важно. Нужно, чтобы кто-то любил тебя просто так.

– Я смотрю, в тебе заговорил большой жизненный опыт.
– Не удержалась я от