Когда я спрашивал у родителей, почему люди так относятся к драконам, я не добился вразумительного ответа. Еще позднее, когда мой друг детства решил поступить в Гильдию Магов и зубрил всевозможные книжки, я не удержался от того, чтобы задать ему аналогичный вопрос. И получил более толковый ответ — «биологическая конкуренция». Естественно, я не понял этих слов, попросил разъяснить, и узнал следующее.

Да, драконы разумны и это факт. То, что показывали бродячие скоморохи — просто детские шалости, по уровню умственного развития дракон не уступает человеку. А в некотором отношении даже превосходит. Например, в физической силе. Одним ударом лапы взрослый дракон убивает десять человек — не помогут ни доспехи, ни оружие. И к тому же драконы нечувствительны к магии, а для людей это почти катастрофа. Ведь если физическое превосходство компенсируется численным, то неуязвимость к магическому воздействию, основе человеческого могущества, ничем не преодолеть. Так, что если человечество погибнет от неумелого использования магии, то именно дракон станет новым царем природы.

Впрочем, даже у драконов есть слабое место, благодаря которому, род людской пока топчет землю. Люди, подобно другим физически слабым существам, тяготеют к коллективной форме существования. Объединяются в кланы, племена, гильдии, города, королевства. Человека, или, даже целую семью, живущую в лесу, вдали от общества, принимают за сумасшедших. Вся сила человечества (военная, магическая, даже духовная) построена на коллективной основе. Никакой герой-одиночка с волшебным клинком не выиграет войну. Одинокий маг должен сильно напрячься для сотворения мало-мальски сложного заклинания. И люди охотнее слушают проповеди служителя Святой Церкви, чем одиноких проповедников, кликуш и юродивых.

У драконов все наоборот. Они не только не нуждаются в какой-то форме общества — даже семейные узы у драконов очень слабы и ограничиваются потребностью воспроизведения рода. Любой взрослый дракон имеет свои охотничьи угодья, и горе любому, попавшему в них. И именно такой индивидуализм делает вид драконов слабее человечества как вида. Если дракон прилетел в человеческое поселение, безобразничал там и съел кого-то, против него могут пустить целую армию. Но если кому-то захотелось подвигов, а самый простой вариант для него — убить дракона, то никто не прилетит и не станет мстить такому «герою».

Кстати говоря, легенды и сказки сильно преувеличивают враждебность драконов. Драконы не ЛЮБЯТ человечину, точнее, не выделяют ее из других видов мяса. Драконы не охраняют в пещерах несметных сокровищ, потому, что СРЕДИ НИХ НЕТ ТОВАРНО-ДЕНЕЖНЫХ ОТНОШЕНИЙ. И уж точно ни один реальный дракон не станет требовать от людей приносить ему красивых девушек. Во-первых, никаких отношений, кроме пищевых, с ними у драконов быть не может, а во-вторых… как человеческую красоту оценит гигантская крылатая ящерица? И тем не менее, как не бывает двух королей в стране, так и не может быть двух царей природы. Потому с детства нам и внушают ненависть к драконам.

После того разговора мой интерес драконам угас. Но теперь я понимаю, что лучшего способа уничтожить Агара у меня нет. Драконы разумны — следовательно, с ними можно договориться. Драконы сильны — значит прихлопнуть как муху последнего виллиса не составит труда. И наконец, драконам побоку любая магия, так, что Агар ничего не сможет защититься. Вопрос лишь в том, где найти дракона.

Я вспомнил все, что знаю об этих существах. Драконы живут в горных пещерах, причем, в пещерах с БОЛЬШИМ входом в отличие от пещерных демонов. Селиться предпочитают повыше, но поближе к долинам, где полно еды. Их выдает характерный запах гари из пещер — это от дыхания…

Для поиска — вполне достаточное описание. Вот только искалось мне плохо. Лазить по горным неровностям было трудно, как и любому человеку, выросшему на равнине. И тем не менее, ближе к полночи, я наткнулся на пещеру, удовлетворяющую всем необходимым признакам. Осторожно, без резких движений я вошел внутрь, светя факелом. Пещера была огромной и мой огонек лишь слегка разгонял темноту.

— Эй-эй! — попытался крикнуть, а на самом деле промямлил я, — есть кто дома?

— А может и есть, — раздался чей-то хриплый бас и в дальнем углу зажглись два желтых глаза, — вопрос в том, кто тебе нужен.

— Ты дракон? — спросил я дрожащим от радости голосом.

— Да нет, твоя бабушка, — голос усмехнулся, — на старости лет полезно в пещерах жить.

— Ты разговариваешь?

— Ну, что за народ бестолковый! Нет, тебе это только сон, потому, что ночью нужно спать, а не шататься по чужим жилищам.

— Невероятно, — я прям задыхался от волнения и восторга. Дракон — говорящий! Да почти как человек!

— Конечно, во сне и не такое увидишь.

— Можно на вас посмотреть? — спросил я уже двигаясь в сторону горящих глаз.

— А что спрашиваешь, если уже идешь? Не понимаю я вас, людей. И почему «на вас» — я здесь один. А ты?

— Я тоже, — ответил я, приблизившись, и осветил место, где лежал дракон. Увы, факел позволял увидеть от силы одну лапу.

— Может, огоньку подбавить? — спросил дракон и пустил струю огня. Я мгновенно согрелся, да вдобавок, пусть на мгновение, увидел и пещеру, и ее хозяина.

Одна его лапа была больше меня, а голова чуть поменьше. Но особенно огромным его делали распущенные крылья,