Шрифт:
– Нет, – честно призналась Наташа, немного ошалевшая от обилия столь странной информации.
– Ну, как же! Ты ведь сама говорила про то, что надо отрабатывать карму своих родителей. Ну вот… Мы, спиды, как бы отрабатываем грех родителей. Самоубийство – самый большой грех: ты отнимаешь у себя то, что тебе не принадлежит, – жизнь. Дети самоубийц становятся вестниками СПИДа, понимаешь? Сначала нам дают вспомнить этот родительский грех, а потом мы приходим в сны к людям, которые выбраны. После нашего прихода они заболевают.
Наташа вспомнила, что тот страшный, перевернувший ее жизнь сон начался с того, что она увидела свою маму-покойницу. И мама ругала ее, умоляла о чем-то… Странно…
Павел Иванович закурил и продолжил:
– Почему-то так все устроено, что мы, спиды, никогда не помним, как приходили к своим жертвам и куда их уводили. Но после тех снов всегда оставалось ужасное, жгучее чувство вины. Теперь я понимаю, откуда оно бралось и почему каждый раз после сна меня так тянуло в церковь, и почему в последний раз я вышел из церкви с таким светлым ощущением.
– Почему?
– Потому что в том сне мы впервые с тобой встретились. Спиды никогда не встречаются со своими жертвами. А мы встретились. Не понимаю до конца, как, почему и зачем, но это произошло.
Конечно, Наташа верила в существование тонкого мира. Но то, что рассказал Пестель, было совсем уж невероятно. Однако рассказанное не потрясло Наташу. События последнего времени и сегодняшнее поведение Пестеля – поведение, а не рассказ – потрясали гораздо больше.
Пестель – спид – это была какая-то сказочная метафора. А реальный Павел Иванович сидел тут, рядом, и, судя по всему, исчезать не собирался. И это была реальность.
Небо стеснительно порозовело. Робкими гребками в Великую Тропу вплывало утро.
Пестель закурил очередную сигарету, сказал со вздохом:
– Я – единственный, кто смог встретиться со своей жертвой. Очевидно, что в этой стройной системе произошел сбой. Почему? Зачем? Как ты считаешь?
И тут в голове Наташи всплыло, как в кино…
Семен Львович приходит к ней в гости, дает телефон Магды.
Квартира Магды… Темнота… Белое лицо… Белый ровный ряд зубов – улыбка Магды…
– Если к тебе во сне пришел человек – значит, он вошел в твою жизнь… У тебя столько кармических узлов завязано… Надо карму исправлять… Тау-квардрат превращается в крест… Есть какая-то связь между твоей болезнью, сном, местью…
– Разве местью можно карму исправить?
– Местью нельзя, страданием – можно.
– Очевидно, что в этой стройной системе произошел сбой, – волновался Пестель. – Почему? Зачем? Как ты считаешь?
– Честно? – улыбнулась Наташа.
– Честно.
– Если честно, то я не совсем поняла твой рассказ. Правда. Ты мне потом еще раз расскажешь… и еще. И я пойму. Пока же ясно только одно: мне ужасно повезло, что я тебя встретила. Моя душа была больна. А любовь – единственное лекарство, которым можно вылечить душу. Мне так повезло, что даже неохота размышлять: зачем, за что? Я хочу просто покупаться в этом счастье. Напоследок покупаться. Можно?
Павел Иванович некоторое время посидел молча. Потом поднялся, подошел к Наташе, обнял.
«Наконец-то», – подумала она и прижалась к нему.
ВЕЛИКАЯ ТРОПА. ПРОЛОГ
– А тогда… Ну, тогда, в ту ночь… Ты почему не побоялся быть со мной?
– Я виноват перед тобой… Вольно – невольно: виноват. Я подумал: как же? Ты умрешь, я останусь? Пусть будет месяц, два, три полного счастья… А потом…
Смех. Женский смех.
– Ты почему смеешься, родная?
– Я вспомнила свою любимую сказку. «Обыкновенное чудо». Помнишь?
– Абдулов, Симонова, Леонов…
– Дурачок ты… При чем тут? Если медведя поцеловать, он превратится в человека. Если больную полюбить, она выздоравливает.
Смех. Женский смех.
– Паш, ты заметил: когда у людей происходит что-то очень-очень хорошее, невероятное, они говорят: «Это было как во сне». Представляешь, завтра мы придем за результатами наших тестов, а врач скажет: «Вы – здоровы. Оба». Это будет сон, ставший явью. Да?
– Конечно! Это же не твоя «Обдирочная». Это местный врач Андрей, я его с детства знаю. Он так и скажет, Наташ: «Здоровы».
– Так и скажет.
Молчание.
– Ребята… Ну, другие спиды… Они говорили, что никогда не встречались со своими жертвами… А я вот встретился. В системе случился сбой… А когда в системе происходит сбой, она ломается, правда? СПИД – странная болезнь. Кто знает, может быть, когда спид влюбляется в свою жертву, жертва выздоравливает? Такое ведь может быть? Может?