– Что ты говоришь со мной как с душевно больной? – проворчала я.

На секунду брат задумался, на его лице повис явный вопрос. Но потом, он улыбнулся. И от его улыбки у меня на сердце потеплело. Всё-таки Мэт и я – настоящая семья, пусть не кровно, но душевно, это уж точно. Мы прям как близнецы, частенько чувствуем друг друга. Я попыталась залезть в голову к Мэту, но у меня не чего не вышло, неужели я так слаба? Это очень плохо…

– Значит так, раз шутишь, значит с тобой более или менее всё хорошо, может всё таки расскажешь из-за чего у тебя возникла клиническая смерть? Твой паренёк, не очень то и разговорчив.

– Что? Ты о ком? – не поняла я.

– О отлично, память отшибло? Ты хоть знаешь, кто я такой? – спросил он.

– Знаю! – рявкнула я.

Он посмотрел на меня, сощурив глаза, давая понять, что от темы я уйти всё равно не смогу, так что говорить мне лучше прямо. Но что мне говорить? Правду нельзя. Тогда о чём мне ему говорить? Я, я так запуталась во всём. Я хочу спать. Собрав всю волю в кулак, я заговорила, над ответом думать мне не пришлось, он пришёл сам собой.

– Знаешь Мэт, я сама не чего не поняла. Я стояла на кухне, и мыла посуду, в глазах резко потемнело, ноги подкосились, ну я и шлёпнулась. Знаешь, я думаю, что это из-за переутомления. – выдвинула я свою теорию. Только бы Мэт не начал расспрос с пристрастием, я ведь могу проболтаться.

– Чем же вы так перетрудились? – со скрытым сарказмом поинтересовался он. Я помедлила, представляю какие картины он себе там на воображал. Чёрт, ну почему же я не могу сейчас прочесть его мысли?

– Знаешь что, это не то, о чём ты возможно подумал. Я говорю о новом даре. – я немного помедлила на последних словах. Вот сейчас я признаюсь своему брату, что теперь, я могу читать мысли. Как он это воспримет. Надеюсь, что у него не возникнет идея потащить меня к своему риэлтору.

С минуту, мой брат помедлил, он долго буравил меня взглядом. Затем посмотрел в пол, перевёл взгляд в открытое окно. Его лоб наморщился, неужели Мэт и в прям о чём то задумался? Неплохо.

Я вновь посмотрела на Мэтта, он открыл рот, но поспешно закрыл его. И через минуту, он начал говорить.

– Что за дар? – наконец спросил он.

– Я мысли читаю. – непринужденно ответила я ему.

– Что? – опешил он. – Прямо сейчас?

– Нет. Успокойся. Я сейчас слаба. – ответила я. Брат успокоился. И мне захотелось узнать, что же он от меня скрывает? – А что. Есть что скрывать?

– Нет. – резко ответил он. И я сразу же поняла о чём он. Что он от меня скрывает. Ну конечно же. Как я сразу не додумалась. Это очень просто.

– Ели ты о том, что меня удочерили, то я уже знаю. – сказала я и улыбнулась.

Мэт застыл. Он долго думал. Его руки сжались, на шее проступили вены. Так всегда происходит, когда он злится. Но сейчас он явно не злится. Тогда почему, его тело так напряженно?

– Надеюсь, ты не будешь нас избегать? Всё же будет как раньше. Я твой брат, а ты моя надоедливая младшая сестричка. Ведь мы по-прежнему считаем тебя, нашей семьёй, и всегда считали. – говорил он. Его слова путались, кое какие слова он даже заглатывал на конце. Он сильно нервничал.

– Хэй, разве я сказала, что больше не считаю вас моей семьёй? Я всегда буду любить вас. Да я просто жить не смогу без вашей поддержки. – сказала я, выделяя каждое слово. Нужно же хоть как то успокоить Мэтта.

Он улыбнулся, да и я тоже. Как же все-таки полезно знать, что у тебя есть семья, поддержка и любовь. Как же это всё-таки приятно, быть любимой. А что касается моей новой тайны, так это простенькие трудности, которые пролетят словно весенний ветерок. Ах весна, как же я люблю это время года. А вот осень, это время уныния. Простого, и не понятного уныния. Для меня это ещё и время потерь, иногда незначительных, но иногда и серьёзных. Как же иногда приятно быть слабой, вот прям как сейчас, не каких тебе ведений, не каких приключений, всё как у всех. Хотя, нет, не всё. Вокруг меня ещё и любимые люди. Пока только мой братец, но я просто уверенна, что скоро сюда примчаться и Марина, и ребята, а самое главное Роберт. Он просто обязан тут быть.

– Люси… алё, приём, земля вызывает марс. – голос Мэтта вывел меня из раздумий. Я опешила, неужели я так сильно задумалась?

– А, что? – переспросила я.

– Ну и в каком измерении ты была?

– Ммм. Думаю что в десятом, где то. – отшутилась я.

– Ну так что? – спросил меня он.

– Ммм…ты не мог бы вопрос повторить? А то я что то не расслышала…

– Ты будешь лежать в больнице, или тебя отвезти домой?

– Домой. – выкрикнула я. Не хочу больше находится в этом ужасном месте, ненавижу больницы. Не знаю почему, но я их просто терпеть не могу, вот так. А когда я вижу врачей, то меня прямо из нутрии начинает пожирать ярость, не приятное чувство. Мне хочется вцепится в шею этого человека, и скрутить её. И от куда во мне столько ярости и ненависти к врачам, не понимаю.

– Вот и отлично. Будь уверенна, Марина тебя закормит. – сказал Мэт и улыбнулся хитрой улыбкой.

– О нет. Я этого не вынесу. – подыграла я ему, и мы засмеялись. Из-за этого моя грудь начла болеть. Воздуха не хватило, сердце бешено застучало. Наверное, это услышало вся больница, потому что прибор, отвечающий за сердце, пикал как ненормальный. И что такого в обычном смехе? Почему меня сковала такая боль?

Мои размышления прервались, когда дверь открылась, и в неё зашёл врач – седоволосый мужчина, маленький и толстенький, лицо приятное, глаза добрые. И почему сейчас я так злюсь? Почему? Почему? Не понимаю. Столько вопросов и не одного ответа. Это ужасно.