Шрифт:
Более того, наше знание установок человека зависит, в первую очередь, от того или иного вида общения с индивидом. Общение же во всех случаях является несовершенным и допускающим искажения. Поэтому мы можем лишь смутно представлять себе мир опыта, каким его видит индивид.
Всю ситуацию можно представить логически следующим образом:
В определенной мере возможно постижение точки зрения другого человека, так как многие воспринимаемые объекты — самость, родители, учителя, сослуживцы и т.д. — имеют двойников в нашем собственном поле восприятия, и практически все установки касательно этих объектов восприятия—-такие, как страх, гнев, раздражение, любовь, ревность, удовлетворенность—наличествуют в нашем собственном мире жизненных переживаний.
Следовательно, мы можем довольно смело делать выводы из общения с индивидом, или менее точно — из наблюдения его поведения, относительно его области восприятия и переживания.
Чем больше проявлений опыта индивида доступны его сознанию, тем больше у него возможностей отразить общую картину своего феноменального поля.
Чем свободнее общение индивида, чем меньше его потребности и желания переходят в защитные реакции, тем адекватнее передача в общении содержаний этого поля. (Так, личный дневник может быть лучшим средством сообщения содержаний мира восприятий индивида, чем рассмотрение его дела в судебном процессе.)
Вероятно, по вышеизложенным соображениям клиенто-центрированное обсуждение доказало свою плодотворность как метод изучения поведения, представляемого с точки зрения самого изучаемого. Такая ситуация минимизирует какую-либо потребность в защитной реакции. Она также сводит к минимуму и какое-либо предвзятое влияние изучающего. Человек обычно в какой-то мере заинтересован в раскрытии своего особого мира, а применяемые процедуры в этом его стимулируют. Возрастающий масштаб общения постепенно расширяет объем сознаваемого опыта, в результате чего создается более полная и точная картина мира переживаний индивида. На этой основе появляется намного более понятная картина поведения.
Следует также добавить, что применительно к динамике—с точки зрения клиента и с точки зрения наблюдающего за ним терапевта — результаты, достигаемые в клиентоцентрированной терапии, даже когда сообщается лишь некоторая часть опыта, то есть содержаний поля восприятия, позволяют нам говорить о наличии способов наблюдения за сферой опыта индивида, которые позволяют подойти куда ближе к основным законам личностных процессов и поведения. Если подходить к изучению индивида без предвзятости, когда мы пытаемся втиснуть его в нашу систему категорий, то можно не только получить результаты, проясняющие наше понимание смысла поведения; при этом предельно расширяются новые исследовательские возможности.
VIII. Часть общего поля восприятия постепенно обособляется в виде самости.
Мид, Кули, Анджиал, Леки и другие способствовали росту наших знаний о развитии и функционировании самости. У нас еще будет возможность сказать многое о различных аспектах проявления самости. Сейчас же следует отметить, что по мере развития ребенка часть всего личного мира начинает осознаваться как "я","я сам". В связи с понятием самости есть много трудных вопросов, которые остаются без ответа. Остановимся на некоторых из них.
Является ли социальное взаимодействие (интеракция) необходимой для развития самости? Обладает ли самостью, или "я" гипотетический человек, выросший на необитаемом острове? Является ли самость изначально продуктом процесса символизации? Действительно ли переживания доступны не только непосредственному восприятию, но и символизации, а также мысленным операциям, что и делает возможной самость? Является ли "я", самость просто символизированной частью опыта? Вот некоторые из вопросов, ответы на которые требуют скрупулезного исследования.
Другой момент, который необходимо учитывать в связи с развитием сознательного ияи, состоит в том, что последнее не обязательно сопряжено с физическим организмом. Анджиал отмечает, что невозможно провести резкую грань между организмом и средой, точно так же, как нельзя полностью обособить переживания человека от внешнего мира. Рассматривается ли объект или опыт как часть нашей самости, в значительной мере зависит от того, воспринимается ли-он в рамках контролирующего ияи. Достойной иллюстрацией может послужить пример с футом, который, "отмирая" из-за сокращающегося применения, становится для нас скорее чисто внешним объектом, нежели достоянием самости. Возможно, именно "уклон в автономию" впервые позволяет ребенку сознать самого себя, так как он впервые осознает чувство контроля над некоторой частью мира своих переживаний.
Из вышеизложенного должно быть ясно, что хотя некоторые авторы употребляют термин исамостьи как синоним понятия "организм", здесь он используется в более ограниченном смысле, а именно, как осознание своего бытия, функционирования.
IX. В результате взаимодействия со средой и, в частное-ти, в результате эволюционного взаимодействия с другими формируется структура самости как организованная, подвижная, но последовательная концептуальная модель восприятия характеристик и взаимоотношений "я", или самого себя и вместе с тем система ценностей, применяемых к этому понятию.
X. Ценности, применяемые к переживаниям, и ценности, являющиеся частью структуры самости, в одних случаях представляют собой ценности, непосредственно переживаемые организмом, а в других — ценности, интроецируе-мые или заимствованные у других, но воспринимаемые искаженным образом как непосредственно переживаемые.