Шрифт:
Когда она смогла, наконец, подняться, Айрт бросился к ней и страстно прижал ее к груди. Он был здесь, целый и невредимый. Ничего больше не существовало для нее, в самом деле, ничего.
— Вот видишь, — сказала она, слегка отстраняя его, чтобы лучше видеть, — ты здесь…
Он осматривался с таким видом, будто только что родился, как будто видел мир новыми глазами — видел все, что в нем было прекрасного и ужасного — ночь, омытую пожарами, ирисы в водоеме и бледную до синевы Виллис на фоне пурпурных и серебряных отблесков.
Он сказал:
— И ты жива! О космос! В первый раз я чувствую, что ты живая, и что между нами ничего нет, ни «Летающей Земли», ни Антигоны, ни смерти. Твои волосы пахнут медом, розами. Всем тем, о чем я только мечтал…
— И ты жив, — сказала она. — Это ты. Видишь ли, в то время, когда я звала, я ни в чем не была уверена. Ты мог быть лучом или архангелом. И это было бы вполне достаточно для Сигмы. Но для меня — нет! У тебя такие странные ресницы, они загибаются чуть ли не к вискам, а в глазах загораются такие зеленые искорки, когда тебе кажется, что ты что-то понял и за тобой никто не следит…
— У меня зеленые искорки?
— Следует заметить, — сказала она многозначительно, — что это я их там зажгла… Но ты ранен, у тебя кровь на руке.
— А, это? — отвечал он рассеянно. — Да, я сорвал магнитные оковы в тот момент, когда…
— Замолчи, я видела.
Она видела три столба…
— Знаешь, Виллис, после всего, что мы пережили, ничто больше не имеет значения: ни гордость, ни упрямство…
Наступило продолжительное молчание.
В аллее гигантская мимоза рухнула на крышу лаборатории нейрохирургии, которая тотчас взорвалась…
И голубой ирис осыпался в водоеме.
…Приведем в порядок все системы!И к черту страх!..Странная и шумная эскадра Леса Кэррола только что легла на орбиту Сигмы. Отсюда, с высоты, картина была впечатляющей: казалось, что планета, разрисованная в оранжево-красную полоску, катилась в необъятную бездну тьмы…
— Как шарик в рожок, — сказал один из «кузнечиков». А Морозов дополнил после короткой паузы:
— Кажется, мы прибыли с некоторым опозданием…
Снизу на коротких волнах доносились стоны и призывы на помощь:
«SOS! Мы гибнем!»
«Сигма завоевана!»
«Плотины прорваны! Континенты пришли в движение!»
«Самарра горит! Совет Пяти перерезан!»
«Тревога! Свободные планеты! SOS!»
«Они отбирают наших детей и куда-то их уводят! Они не щадят ни женщин, ни стариков. Толпы, скопившиеся на космодромах, уничтожаются огнеметами. Они говорят о чуме, но на Сигме нет никакой чумы…»
«Всем! Всем! Всем! Говорит адмиральский дворец! Мы заявляем: законное правительство Сигмы обращается к здравому смыслу и к благоразумию свободных планет. Сигма выбрала свой путь развития и свою эмблему: МРАК. Эпидемия, которая началась в результате катаклизмов, будет ликвидирована, все необходимые меры уже приняты. Неконтролируемые элементы, распускающие панические слухи, будут наказаны должным образом. Всякое сопротивление будет беспощадно подавлено. Подписано: Валеран Еврафриканский».
— Последний земной принц, — сказал Морозов удрученно.
И Лес возразил сурово:
— Иуда был апостолом.
— Все-таки, садимся?
— Садимся.
Слегка касаясь рыжеватых, казавшихся живыми прядей на лбу Айрта, Виллис спросила:
— Как тебе это удалось? Ты погрузился в подпространство?
— Чтобы попасть сюда — да. Начиная с Ущелья Смерти, пространство непроходимо. Вода затопила долину, а ветер относит пламя вверх. Это невыносимо — деревья пылают, как свечи. Резервуары космодрома взрываются один за другим, и вода в каналах тоже как будто горит…
— А до этого?..
— Ты же должна знать…
— Может быть.
— Все было проще, определеннее. Я уже подозревал, что во мне есть некоторые странные и скрытые возможности, но ты же знаешь, я ничего не смыслю в этих теориях, в парапсихологии и в остальном. Все произошло в тот момент, когда я уже был привязан к столбу, когда ты сказала: «Этот мир не существует». И я понял: я могу…
— Стереть минуту, в которую ты умирал?
— Да, стереть целую частоту времени. Это было очень даже легко, потому что речь шла о ближайшем будущем.
— Как тебе это удалось?
— Ты слишком много хочешь знать! Я просто сказал себе: «Все это не существует», и оно перестало существовать. Минуты, нет, секунды как будто склеились. Я не знаю, как все произошло. Ты мне помогала, правда?
— Нет, — она развела руками с таким видом, словно просила прощения. — Это выше моих сил…
— Так я такой же мутант, как вы все?
— Ты сильнее, чем мы все. Но это ужасное могущество, Айрт. Ведь Ночные так тебя боятся…
Он попытался снова привлечь ее к себе. Но на этот раз Виллис уклонилась. Она о чем-то размышляла с полузакрытыми глазами.