— Да, у нас трехсменка, но рабочий день ненормированный. Никогда не угадаешь, будешь ли дома вовремя... Так что готовьтесь опаздывать на свидания. Вот мы раз думали, что справимся за день, а неделю бессменно болтались.

— Расскажите, Сан Саныч! — попросил хитрый Морзик.

— В начале девяностых управление проводило операцию «Трал». — заместитель начальника ОПС сложил руки на животе. — Боролись с вывозом цветных металлов. Контрабанда, однако, подрыв экономической безопасности страны... Сидим мы как-то на Балтийских верфях у одного пакгауза, ждем фуру, груженую лопатами из титана. Хорошие лопаты, крашеные. На даче сто лет не сломается... Вот фура тронулась. Все задокументировали, сняли, сели на хвост — ну, думаю, сейчас дотянем ее до границы с соседней областью — и домой, футбол смотреть. Чемпионат мира шел как раз. Подъезжаем, связываемся с управлением соседей, а они нам и говорят: задания нет, фура ваша, делайте с ней, что хотите. И вот мы без денег, без виз, без бензина, без зубных щеток, на голом энтузиазме через всю Прибалтику! Группа «оперативных бичей», как нас впоследствии обозвал генерал Ястребов. Теперь генерал, а в те давние времена Владимир Сергеич быль всего лишь майором... На всю жизнь я тот случай запомнил. Так что, ребята, у разведчика всегда все должно быть с собой. Омниа меа мекум порто. Все свое ношу с собой, если не переврал. — и он похлопал себя по карманам просторного пальто.

— А что фура-то? — спросил длинный новичок.

— Вскрыли всю цепочку, всех посредников. А уж пресечение — дело компетентных органов. Правоохранительных [28] ... ОБЭПа, например. Или транспортной милиции... Некоторые, правда, называют эти органы «правоохренительными», но мы со всей чекистской прямотой отмежевываемся от этих гнусных инсинуаций... Вы разочарованы, юноша?

Разговор прервало явление в комнате инструктажа загадочной личности, скрюченной, очевидно, последствиями полиомиелита. Лоб у мужчины был забрит странным образом, глаза навыкате, голова в такт руке мелко тряслась, скособочившись, из уголка полуоткрытого рта вытекала слюна.

— А-а-а… — заикаясь, попытался что-то спросить неизвестный.

Зимородок нахмурился, шагнул вперед, прикрыв собой сотрудников.

«Куда смотрит контролер! — возмущенно подумал он. — Шубин здесь, ребята, а по базе разгуливают идиоты из дурдома!».

— Выйдите, пожалуйста! Вам здесь нельзя находиться! — сказал он и твердо взял больного за руку.

— Мо-мо-можно! —дергаясь, возразил тот. — У меня тут… инструктаж!

— Димочка! — всплеснула руками Кира. — Это ты?!

— Я сам не вполне уверен. — ответил нормальным голосом Арцеулов. — Простите, что опоздал. На первой проходной не пропускали. У нас тут чужих во дворе полно! Случилось что?

Разведчики повскакивали с мест, окружили Волана, рассматривали, восхищались.

Шубин уважительно склонил голову, шепнул онемевшему Зимородку:

— Вот и определился победитель конкурса по оперативной маскировке... Да, чуть не забыл! Вчера расписался в книге приказаний — выделить команду по волейболу на первенство управления. С тебя одного человека.

— Сан Саныч, да что они себе думают? Так мы весь оперативный состав засветим! Мы же негласные сотрудники...

— Я пытался объяснить. Не вышло. Первенство курирует лично Украинцев, — Шубин назвал фамилию не менее легендарного, чем он сам, подполковника, каменным идолом торчавшего на должности заместителя коменданта здания УФСБ.

— Морзик пойдет. — вздохнул Клякса.

— Он хоть играть умеет?

— Не умеет. Зато потери в работе минимальны.

Сан Саныч задумчиво пожевал губами, как большая молчаливая рыба.

— Не рано ставишь крест на парне? Подумай. Да, еще одна беда. Требуют фотографии лучших специалистов для доски почета. Скажи ребятам, пусть придумают что-нибудь.

Инкогнито — главное в «наружке». Лехельт, например, выступал на соревнованиях по рукопашному бою в боксерском шлеме, загримированный то ли под Майка Тайсона, то ли под Манго Джерри.

— Опять Украинцев?

— Угу...

Зимородок обреченно кивнул:

— Придумаем...

— И еще. Есть работенка от службы собственной безопасности. Срочное дело, сегодня до обеда. Один частный предприниматель, работающий с таможней, пожаловался в приемную, что на него наезжает сотрудник ФСБ. Показывает удостоверение на имя какого-то полковника Петра Матвеевича Ковалева, предлагает охранные услуги, угрожает неприятностями... Вымогательство, в общем, если выразиться шершавым протокольным языком наших "младших братьев [29] " Через три часа у них встреча в Купчино. Выдели двух человек, сам сообрази кого, пусть поснимают его со всех ракурсов. Дальше — на усмотрение эс-эс-биста. Он там тоже будет, созвонитесь...

— Как всегда. Вкусное — на третье. Что, наш объект в Гатчине совсем дохлый, раз людей забираете?

И тут Шубин сказал то, что обрадовало Зимородка:

— Не знаю еще. Я думаю над этим. Почитай аналитическую справку.

Если сам Сан Саныч думает над их объектом, когда у него их пруд пруди каждый день — это уровень.

Клякса воспрял духом. Шубин, довольный произведенным результатом, простился и вышел из комнаты инструктажа, не желая мешать.

— Стажеры, выходи на середину! — зычно объявил Зимородок. — Сейчас будете принимать боевое крещение разведчика! Позывные вам будем придумывать. — пояснил он.