Шрифт:
— Ох, повезло…
— Да, я тоже думала: сейчас найдут.
Поднявшись с земли, беглецы внимательно осмотрелись. Преследователей не было видно. Зато скоморох приметил в соседней низинке темное пятно.
— Уж не гати ли?
Быстро спустившись, беглецы в самом деле обнаружили полусгнившие гати.
— Шаткие, — произнес Радим. — Они ли?
— По-моему, да. Других тут вроде быть не должно. Пойдем!
— Погоди. Надо жердину срубить, а то мало ли что…
Небольшая стройная осинка была срублена за несколько ударов. Радим с радостью отметил, что доставшийся ему меч крепок и остро наточен. Обстругав один из концов, скоморох сделал длинный посох, которым можно было прощупывать путь.
— Вот теперь — идем.
Осторожно ступая на почерневшие гати, беглецы двинулись вперед. Вскоре лес стал реже, мох уступил место трясине, под ногами забулькала вода. Радим замедлил шаг. Гати по-прежнему не внушали доверия, но если раньше падение грозило в худшем случае ушибами и грязью, то ныне вполне можно было и утонуть.
— Жутко тут… — заметила Умилка.
— Радует, что и гриди будут думать то же.
— Верно. Никогда не слышала, чтобы сюда хоть бискупли, хоть княжьи люди совались.
— Ох, бывают же счастливые места на Руси. Несколько раз гати подозрительно трещали под ногами, но всегда Радиму удавалось перепрыгнуть на крепкую часть мостков. Умилка держалась за ним и старалась не ступать на шаткое место.
Постепенно лес стал чернее, тина темнее, а над болотом появился сизый туман. Запах испарений заставлял морщиться от отвращения. Так глубоко в топь скомороху еще не приходилось забредать. Пожалуй, тут можно встретить кикимор или каких других болотных тварей, о которых много рассказывали, но редко видели воочию.
Было не по себе от сходства расстилавшегося вокруг болота с ночным кошмаром. Те же черные стволы с обеих сторон, то же мрачное небо, и единственный путь, с которого нельзя свернуть. Если за болотом окажется полянка с одинокой избушкой — Радим, пожалуй, побежит обратно в болото. Встречать тварь с алыми глазами вовсе не хотелось.
— Когда же оно кончится… — пробормотал скоморох, очередной раз перемахнув через притопленный участок гатей.
— Должно уже… — неуверенно ответила Умилка. — Помнится, раньше быстрее переходили.
— Болото, что ли, выросло?
— Может, так… А может, уже все забыла. Внезапно Радим остановился.
— Что такое?
Впереди гати сужались и" расходились в две стороны. В центре перекрестка на замшелом островке стоял высокий камень. На нем угадывались какие-то знаки. Радим осторожно подошел к камню.
— Чудной валун. У него три грани. Каждая напротив тропы.
— И тут что-то варяжскими письменами написано. Ну-ка…
«Пойдешь — погибель найдешь».
— Ты смогла сие прочесть?
— Когда был жив отец, он нас учил.
— Тут про смерть писано? А еще что-нибудь есть? Чего нам грозит?
— Тут очень неразборчиво, — Умилка опасливо огляделась. — Не было тут раньше ни камня, ни развилки…
— Читай, что с той стороны написано.
— «Сюда пойдешь — в трясине сгинешь…»
— Ох, странно. Мы ж оттуда пришли.
— Радим, мне боязно…
— Мне тоже. Читай с последней стороны.
— «… дешь — голову потеряешь…»
— Вот занесла нелегкая. Что ж — куда ни отправься, всюду смерть ждет?
— Про смерть только и сказано…
— Сгинуть в трясине да голову потерять — не живота ли лишиться?
— Радим, прости… Такого тут раньше не водилось.
— Не виновата ты. Зачаровано болото, как пить дать, зачаровано. Однако делать нечего — надо идти. Не тут же селиться.
— В какую сторону?
— Туда, где головы лишают… Авось, не на погибель. Да и писано про одну голову. У нас же две. Кто-нибудь да выкарабкается.
Радим решительно шагнул на гати. Последнее время ему везло на смертельные приключения с благополучным исходом. Может, и в этот раз все образуется.
Глава 9
Болото закончилось неожиданно. Гати еще лежали, туман стелился, а по сторонам начался светлый березовый лесок. Впереди нарисовалась опушка. Там, где кончались деревья, виднелась заросшая кустарником делянка. Вероятно, когда-то тут было чистое поле, но за долгие годы оно одичало. О человеке напоминали немногочисленные трухлявые пни да слабо угадывающаяся тропинка.
— Вышли. Вот славно. Где деревенька-то?
— Не знаю… — растерянно сказала Умилка. — Тут вроде быть должна.