Сильвана подумала: «Это безжалостно» — и спросила:

— Почему не Эда?

— Мужчина, который не в состоянии контролировать поведение своей жены, не сможет управлять огромной компанией.

Он сказал это, имея в виду и свой дом.

— А тебе не пришло бы в голову рассмотреть и кандидатуру Изабель, будь она чуть постарше? — спросила Сильвана. Она не хотела задавать более прямого вопроса, но три президента компании умирали один за другим в течение семи лет до назначения Артура. Поэтому члены правления настаивали, чтобы его преемник был достаточно молодым.

— Упаси меня Бог. Для дел такого масштаба она еще просто ребенок, — фыркнул Артур. — К тому же я никогда не предложу на этот пост кандидатуру женщины. Они слишком легко поддаются чужому влиянию.

Сильвана молча вышла в гостиную и налила ему еще один стакан виски.

Во вторник после завтрака Эд в одиночестве шел по грунтовой дороге, ведущей от отеля к летной полосе. Кроме Артура, он никому не сказал о месторождении хромистого железняка. Если бы Артур узнал, что Кэри об этом тоже известно, это серьезно подорвало бы шансы Эда быть избранным на пост президента. Поэтому Эд решил не говорить об этом Артуру и молил Бога, чтобы не произошло дальнейшей утечки информации. Мысленно он постарался восстановить события, которые привели его на остров.

Получив первую концессию на проведение горных работ на Пауи, «Нэксус» немедленно начал добиваться разрешения на поиски полезных ископаемых по всему острову. Этого не удалось сделать даже Раки, который в результате многолетних усилий смог получить право на геологическую разведку всего лишь в северо-восточной оконечности острова. Националистически настроенный президент не хотел нарушать тесные связи с могущественными вождями, благодаря которым он держался у власти и которые не желали присутствия белых в своих владениях. Наконец, в 1981 году «Нэксусу» разрешили прислать небольшую поисковую партию в район Центральных гор, где за два года поисков ничего интересного так и не нашли. Однако, оказавшись в двадцати милях вглубь от северо-западного побережья, примерно на той же долготе, что и рудник «Маунт-Ида», начальник партии (по чистой случайности, как выяснилось позднее) решил сосредоточить усилия в районе ничем не примечательных холмов, прозванных вследствие их горбатой формы Черепаховыми горами. Как обычно, геологоразведчики расчистили место от растительности, пробурили скважины, взяли образцы верхнего слоя почвы и каменистой породы, а также пробы песка и гравия со дна ручьев. Образцы упаковали в специальные полотняные мешки, каждый из которых был снабжен закодированной картой местности и отправлен сначала вертолетом, а затем самолетом в лаборатории Питтсбурга вместе с данными аэрофотосъемки всего района поисков.

Ознакомившись с заключением лаборатории по геологоразведке в районе Черепаховых гор, Эд немедленно показал его Артуру. Оба отменили все планы на ближайший уикенд и провели его, запершись в кабинете Артура, лишь изредка выходя наружу подышать свежим воздухом. Закутавшись в шарфы и плащи, они устало брели вдоль холодного берега реки Огайо, с которой граничили владения Артура.

Как ожидалось, образцы показали наличие меди. Присутствовал также и уран, но в невысокой концентрации, кроме того, после аварии на «Тримайл-айленде» [2] , уран вряд ли мог заинтересовать кого бы то ни было. Однако вот уже несколько лет «Нэксус» вел безуспешные поиски на австралийской Северной территории, где сосредоточились самые большие в мире неразработанные запасы урана; очень может быть, что месторождение на Пауи составит конкуренцию «Мэри Кэтлин» — единственному урановому руднику в Австралии. Прочитав эту часть заключения, Эд удовлетворенно кивнул и пробормотал:

— Но содержание железной руды всего пять процентов, и цена будет ниже минимальной.

Артур прочитал, вскинул на него глаза.

— А кобальт! Не много найдется месторождений с концентрацией в сорок процентов. Вспомни, что произошло в Заире.

Эд кивнул головой. В 1973 году Организация стран-экспортеров нефти подняла цены на нефть, что повлекло за собой энергетический кризис и повсеместную инфляцию. Не удивительно, что в то время многие опасались, не образуются ли другие картели, не объединятся ли в монополии производители таких необходимых для Запада меди и бокситов и не поднимут ли свои цены на такой уровень, что под угрозой окажутся не только целые отрасли промышленности, но и целые страны.

В начале 1978 года африканское государство Заир — на которое приходилось более половины производимого в мире кобальта — сократило его поставки своим клиентам на 30 процентов. Вторжение в Заир повстанческих сил в мае 1978 г сопровождалось легкой паникой, поскольку можно было ожидать резкого сокращения мирового производства кобальта. Цена кобальта быстро подскочила с 11 до 25 долларов за килограмм и к декабрю (из-за ажиотажного спроса) достигла 120 долларов. На этом кое-кто баснословно нажился — и, видимо, наживется еще, поскольку, по расчетам, запасы кобальта истощатся к 2065 году.

В середине 70-х растущие цены на другие сырьевые материалы послужили причиной того, что многие бросились покупать новые шахты; такое сверхвложение капиталов привело к перепроизводству сырья и, следовательно, низким ценам в период мирового спада производства. Это была одна из причин того, что «Нэксус», как и другие горнорудные компании, в течение уже нескольких лет пребывал в незавидном положении.

Эд сказал:

— Читай дальше, Артур. Там еще интереснее. Артур прочитал. Вдруг он выпрямился и вопросительно посмотрел на Эда. Эд кивнул.

— Да, хромит — вот настоящая находка.

Самые разные, многократно выверенные анализы указывали на содержание в образцах хромита равномерно высокой концентрации.

В этот пасмурный ноябрьский день они без слов поняли друг друга. Если действовать аккуратно, под темно-зелеными зарослями Черепаховых гор их может ожидать шанс, который выпадает раз в жизни.

Еще не решаясь в это поверить, Артур сказал:

— Не просто хромит, но еще с такой высокой концентрацией.

— От семи до десяти. Это равноценно лучшим месторождениям Южной Африки.