Все они старались протолкнуть плот в сторону моря, но безуспешно. Он словно встал на цементный якорь.

Маленькая группа изумленно смотрела, как в лунном свете плот медленно исчезал под водой. Море начинало плескаться около их снаряжения.

— Этот чертов плот не хочет плыть! — крикнула Сюзи.

Кэри повернулась к Джонатану.

— Я полагаю, вы проверили, плавают ли пальмовые деревья, Джонатан?

Они устало развязали или разрезали веревки, крепившие их снаряжение и поволокли его с уже залитого водой плота к полоске грязной сухой растительности у верхней кромки пляжа, куда обычно не достигал прилив.

Усевшись при свете луны, они принялись плакать.

Сквозь слезы Анни подумала: «До сих пор это самое худшее, что произошло с нами. Мы не должны были позволять себе надеяться. Это было нашей ошибкой». С другой стороны, именно надежда поддерживала их последние несколько дней, пока они тащились под палящим солнцем, проявляя больше сил и выдержки, чем сами считали для себя возможным.

— Я не могу сидеть здесь всю ночь, наконец сказал Джонатан. — Давайте вернемся в лагерь.

— А я могу сидеть здесь всю ночь! — яростно выкрикнула Сюзи. — Какая разница, где нас сожрут живьем комары и москиты здесь или там? И почему мы должны тебя слушаться? Ты изображал, что знаешь обо всем. Ты втянул нас в эту авантюру, мистер Болтливый Философ!

Остальные женщины присоединились к ней всхлипывающим, разочарованным хором.

Несколько раз Джонатан повторил, что ему очень жаль, но их боль, усталость и раздражение вскоре вылились в сплошной поток обвинений.

— Я делал все, что мог! — в конце концов не выдержал он. — Если бы я не взорвал свой катер, вас, вероятно, уже не было бы в живых. У вас не было никаких идей. Только потому что я мужчина, вы ожидали, что я знаю абсолютно все, возьму на себя ответственность за вас и буду виноват перед вами в любой проклятой мелочи, которая пойдет не так, как надо! — Он поднялся на ноги. — Все, мне осточертело быть добрым папочкой. Пусть одна из вас займет мое место, и посмотрим, как вам это понравится! — он сердито посмотрел на плачущих женщин. — Я увольняюсь сию же минуту! Считайте, что вы со мной в разводе. Я ухожу.

Он бросил короткий взгляд на то место, где волны лениво накатывались на плот, повернулся к женщинам спиной и пошел вдоль пляжа.

Кэри выпрямилась.

— Кажется, он не шутит. Догони его, Пэтти. Он хорошо к тебе относится. Бог знает, что с нами случится без него.

— Будь я проклята, если пойду за ним, — всхлипнула Пэтти. — Он втянул нас в это!

Анни встала и побежала за Джонатаном. Жесткий песок набился в ее спортивные туфли после первых же нескольких шагов. Когда она поравнялась с Джонатаном, он почти дошел до края песка, но не мог идти дальше, потому что прилив был еще высок, а впереди вздымались крутые черные утесы.

Догнав его, Анни ощутила его досаду и уныние, и поняла, что присутствие духа почти покинуло его. Она примирительным жестом положила ладонь на твердые мускулу его предплечья.

— Пожалуйста, не сердись, Джонатан. Мы высоко тебя ценим. И ты нам нужен.

— Это уж точно, — проворчал он. — Но вы мне не нужны. Если бы я не был связан по рукам и ногам кучкой плаксивых барышень, то мог бы пройти вдоль побережья до Куинстауна, может быть, добыть лодку. Я знаю, что выбрался бы отсюда, если бы мне приходилось думать только о себе.

— Мы все это знаем, — сказала Анни.

— Я не просил вас делать из меня супермена, вы сами захотели. Я никогда не изображал из себя Бог знает кого. Я обычный моряк. Мне казалось, что любое дерево может плавать, а тебе? Конечно, тебе тоже, как и всем остальным иначе кто-нибудь сказал бы раньше.

— Ты же понимаешь, что они разочарованы.

— А ты думаешь, я не разочарован? Это мне нужно тревожиться, но я же работаю, а не сижу на песке и не реву, как ребенок.

— Чего ты хочешь от нас, Джонатан?

— Я больше не собираюсь играть эту роль. Супермен подал в отставку. Теперь очередь за другими. Решите между собой, кто из вас хочет быть суперженщиной. Тогда она будет думать, решать и планировать, и вы можете винить ее во всех ошибках.

— О, Боже ты мой! Ты думаешь, что Пэтти..?

— Ее нетерпеливость может доставить вам кучу неприятностей.

— А как насчет Кэри?

— Я советую вам не возлагать надежды на одного человека, а потом ругать его за промахи. Это нечестно, — буркнул Джонатан. — Но Кэри, разумеется, подойдет. Она практична, она знает, что это такое. Она сможет командовать, ловить рыбу, вытирать вам задницы и расквашивать носы. Она может делать все! А я ухожу.

— До сих пор ты справлялся лучше, чем любая из нас, Джонатан, и мы все это понимаем.

Они дошли до конца пляжа и повернули обратно к печальной маленькой группе, сидевшей в тени у края песка.

— Я вырос в Брисбене… — пробормотал Джонатан. — И прожил здесь всего лишь восемнадцать месяцев. Кое-что знаю об этом острове, но я не Робинзон Крузо и не «Ходячая энциклопедия для малышей». Я стараюсь выбирать самый простой путь, но большей частые мне приходится строить догадки.

— До сих пор большинство твоих догадок были верными, — заметила Анни.