Шрифт:
– Господин комиссар, - пролепетал он, - мы получили задание огромной государственной важности... Если мы с ним справимся (а это несомненно), то мы получим два миллиона гульденов премии и звания старших комиссаров. Так что присоединяйтесь к нам, обмоем наш будущий успех!
"Заметил, паразит, что пресс-папье со мной нет, - вяло подумал Фухе.
– А кулаками я с ними двумя не справлюсь. Выпить, что ли, с досады?"
– Наливай!
– распорядился он.
– Выпью на старости лет!
Когда третье ведро пива было опорожнено, комиссар позволил себе передышку.
– Что же это за суперзадание такое, о котором я не знаю? поинтересовался он у Пункса.
– Государственная тайна!
– Пункс высоко задрал к потолку палец. Обязаны хранить молчание.
– Э-э...
– протянул Фухе разочарованно.
– Я знаю все государственные тайны, но среди них нет ничего такого, за что можно было бы отвалить два миллиона. Что-то вы врете...
– Ничего не врем!
– обиженно произнес изрядно накачавшийся Рейсфедер.
– Враги подрывают наше экономическое и военное могущество! Наша великая, хоть и нейтральная держава на нас возложила защиту своих коренных интересов!
– Ха-ха-ха!
– развеселился Фухе.
– Вы что, блох ловить будете при неясной погоде?
– А что вы скажете о хищении нашего урана парагвайскими шпионами? торжествующе сказал Пункс.
– Так уран - дело рук парагвайцев?
– удивился Фухе.
– Именно!
– обрадовался понятливости комиссара Пункс.
– И мы сегодня в двадцать ноль-ноль летим в Асунсьон для расследования этого дела государственной важности. Сам господин Конг из контрразведки будет руководить операцией "Икс". Мы встретим его в Асунсьоне.
– Аксель Конг?
– поразился Фухе.
– Но он же на пенсии...
– Ему захотелось заработать эти два миллиона для спокойной старости, - пояснил Пункс.
– Вот он и вернулся на работу...
– Да ты хоть видел-то его когда-нибудь?
– возмутился Фухе с таким пренебрежением к своему давнему недругу, которое почувствовал в голосе инспектора.
– Не приходилось...
– вздохнул Пункс.
– Как же ты узнаешь его там, в Асунсьоне?
– Он прилетит завтра спецрейсом. Мы его должны встретить в семь часов в аэропорту. А узнает нас он по носовым платкам с монограммой из трех "иксов".
– Как же, встретите!
– усомнился Фухе.
– Ведь в Парагвае, говорят, постреливают!
– Ерунда!
– расхрабрился вдруг Рейсфедер.
– Мы всех в один миг этим... как его... пресс-папье!
Это уже было явное издевательство, и Фухе слегка съездил молокососа по уху. Затем, пробормотал: "Летите, голуби!" и осушив бокал виски, комиссар двинулся в выходу.
2. ...И ОДНО НЕИЗВЕСТНОЕ
Когда Фухе вернулся в свой кабинет, Мадлен мирно дремала, положив голову на стол. Комиссар пинком разбудил верного стража правопорядка и выставил за дверь.
– Так ты, Фред, завтра уж кровищу отмой, - пробормотала Мадлен спросонья и тихо поползла досыпать.
– Отмою!
– буркнул Фухе.
– Тут, кажется, мозги кое-кому отмыть не мешало бы!
И, заперев кабинет, он направился на четвертый этаж к шефу.
Шеф был у себя. Он сидел на свежем трупе и чистил огромную алюминиевую учебную гранату, покрытую толстым слоем засохшей крови.
– Скотина!
– заорал на него Фухе.
– Подонок! Да я тебя! Где справедливость?
Шеф в удивлении поднял на него глаза.
– В чем дело, Фухе?
– спросил он испуганно.
– Фухе? Уже просто Фухе?
– вопил комиссар страшным голосом.
– Убью!
– Господин, господин Фухе!
– поспешил поправиться шеф.
– То-то же!
– немедленно начал успокаиваться комиссар.
– Слушая-ка, Лардок, что это за каракули ты тут выводишь?
– Какие каракули?
– С Пунксом и Рейсфедером. Это совсем уже черт знает что! Им - два миллиона, а ветерана Фухе - на свалку?! Да они уже считают себя спасителями нации! Уже издеваются надо мной!
– Успокойтесь, господин Фухе!
– умолял Лардок.
– Неужели вас расстроило их назначение на такое опасное задание? Вы ведь не хотели в свое время ехать в Парагвай по делу Золотой Богини...
– Так ты все решил за меня и без меня? А два миллиона - соплякам?
– Милый Фухе! Решал-то не я!
– А кто же?
– Контрразведка. Ведь это ее область...
– Значит, Конг...
– начал комиссар.
– Да. Ему нужен был человек для черновой работы, я предложил вас, но он...