Шрифт:
Он хватает Уткина за плечо и шепчет:
– Давай, беру ствол. Вот тебе сто долларов, а сто после, не ссы, отдам.
Уткин оглядывается по сторонам, берет сотку, засовывает ее к своим мятым бумажкам и с размаху укладывает на Васину ладонь газетный сверточек. Вася засовывает его в карман. У него наконец счастливое лицо. Он заходит в сортир, запирается в кабинке и там щелкает затвором, передергивает, вставляет и достает магазин. Патрон, блеснув красной медью гильзы, вываливается на пол и звучно стукается о плитку. Доктор поднимает его, засовывает в карман и выходит из сортира.
Вася звонит по мобильному:
– Але. Привет, это я.
– Давай встретимся!
– Сегодня, прям щас.
– Ну я тебя очень прошу. Давай, а?
– Ну и слава Богу. Там, где был детский праздник, твой день рождения, с клоунами, когда ты была маленькая. Помнишь? Ну все, молодец. Давай, жду.
Вася снова едет на чайнике, как всегда, это ржавый «жигуль», а за рулем натурально вечный кавказец. Машина подъезжает к кафе «Билингва», и Доктор выходит. В кафе он оглядывается и, увидев за столиком одинокую девушку, подходит к ней, улыбается и садится за стол. Это его дочка. Она молода, хороша собой, вся в черном, раскрашена как готка, а на шее и на перстнях у нее черепа и перевернутые кресты. Вася смотрит на все это дело, пытаясь не показывать своего неудовольствия.
– Привет. – Он пытается улыбаться весело и беззаботно, так, как может улыбаться только успешный малопьющий человек, за которым не гонятся кобели-людоеды. – Ну как ты?
– Я?
– Ну конечно, ты!
– Нормально, – отвечает она довольно холодно.
– Это хорошо... – говорит он задумчиво.
– А что это ты такой торжественный? Типа, хочешь мне объявить, что женишься? На молоденькой, надеюсь?
– Нет-нет, все не так. Я совершенно не женюсь.
– Почему?
– Ну... Как-то не складывается. И потом, мне не до того.
– Почему?
– Ну... У меня сейчас другие проблемы.
– А. – Ей не очень интересно с ним, но она вежливо сидит и слушает. Он понимает это. – И зачем же ты меня вызвал? Решил повоспитывать? В самом деле давно ты за это не брался.
– Ну почему же...
– Почему же в каком смысле? Что не очень давно воспитывал? Или я не угадала и ты вообще про другое?
– Знаешь что... Мы, может, больше не увидимся. Я подумал: а вдруг это – все? И захотел с тобой повидаться.
– О! И твоя мечта сбылась. Ты со мной повидался.
– Да-да, мне повезло, – сказал он грустно. – Вот смотрю на тебя и думаю: до чего же ты хороша!
– Да? Ты так думаешь? – спросила она скучным голосом.
– Правда.
Им принесли два пива, чипсы и куриные крылышки.
– О! – сказал Вася довольно и после спросил с легким беспокойством: – Это что, ты пьешь?
– Не тебе ж одному пить.
Вася смолчал. Они стали пить пиво.
– Как мама?
– Мама? Да замечательно. В наилучшем виде.
– У вас как с ней, нормально?
– Прекрасно. Мы лучшие подруги. Мы просто не разлей вода. С ней так интересно! – У девочки загораются глаза.
– Да? Хорошо. Куда вы ходите с ней?
– Гм. Тебя туда не пустят. И тебе там будет неинтересно. Вася посмотрел на нее задумчиво, он, кажется, понял, куда они ходят.
– Тебе нужно чего-нибудь? Давай скажи, я куплю.
– Нет, у нас все в порядке с деньгами.
– С каких это пор?
– С тех пор, как ты спрыгнул.
– О!
– Да, вот так.
– Она что, нашла какую-то богатую работу?
– Откуда я знаю? Мне-то что? Бабки есть, и ладно.
– В общем, вы с ней ладите? – спросил Вася, рассматривая на своей дочке жуткие перстни.
– Ладим-ладим. – Она допивает пиво и встает: – Извини, у меня дела, надо бежать.
– Что, уроки делать?
– Нет, какие уроки, ты что! Мне с собакой надо гулять.
– С какой?
– С нашей. У нас собака теперь, а ты не знал! Вот, собака. А ты не разрешал никогда.
– Я – да, не разрешал... И что же за собачка у вас? Разумеется, как всегда это бывает с одинокими женщинами, это маленькая сучка-болоночка, а уж никак не, как могло показаться развращенному уму, здоровенный черный дог? – Вася начал заводиться.
– Шутки твои очень глупы. У нас как раз черный дог. Мальчик.
– Ну конечно. Я понимаю. Но я не отчаиваюсь и когда-нибудь увижу, как пожилая дама прогуливает маленькую асексуальную собачонку... Как у Чехова в этой, как ее, «Даме с собачкой».
– Папа, ну это глупо все. Извини. Пока.
И она ушла. Вася тут же заказал 200 водки.
Вася выглядывает из окна и тут же отшатывается. По лбу у него течет холодный пот, глаза широко открыты. Он еще раз осторожно смотрит в окно. А там свора черных кобелей. Подходят все новые и новые.