О существовании эта мы узнали от одного русского, прожившего много лет в Японии.

– Смотрите, - предупреждал он нас, - громко не произносите это слово на улице, это ругательное слово. Если вас услышит эта, он может броситься на вас, избить.

Эта долго были лишены всех гражданских прав. У них было свое управление, свой уголовный кодекс, их не принимали на государственную службу, дети не желали учиться в школах, где были дети эта. В 1865 году, после воцарения династии Меджи, они были восстановлены в правах. Но за ними остались навсегда некоторые профессии: кожевников, мясников, кузнецов и самые низкие санитарные должности в госпиталях, на кладбищах. Еще позднее им была предоставлена еще одна специальность. В Кобе был мор. Весь город вымер от голода, опустел маленький, очень старинный шинтоистский храм, некому было за ним ухаживать. И только эта из ближайшего поселка приходили, убирали, чистили вокруг храма и приносили цветы. После этого за ними закрепилось право быть цветоводами.

Но хотя формально эта и были восстановлены во всех гражданских правах все продолжали их чуждаться. Напрасно либералы и либеральные министры произносили речи о том, что эта такие же люди, как и все, что надо уважать их, - никто не хотел иметь с ними дела.

– Неужели и теперь существует это предубеждение?
– спросили мы у одного своего друга, либерального, передового японца.

– Да нет...
– неуверенно сказал он, вызывая в нас желание проникнуть глубже в сущность вопроса.

– Ну как бы поступил ваш сын, если бы ему пришлось в школе сидеть рядом с эта?

– Са-а-а-а!
– Либеральному японцу наш вопрос был явно неприятен.
– Да... Пожалуй, ему было бы неприятно. Откровенно говоря, всем неприятно. Когда эта приносит мясо, никто не желает пускать его в дом...

– Ну, а образованного, культурного эта вы пригласили бы к себе в дом?

– Приглашают, - ловко уклонился от прямого ответа либеральный японец.
– Но в большинстве случаев приглашают, если не знают, кто он такой. Да, к сожалению, предрассудок этот еще существует. По правде сказать, и до сих пор эта редко утверждают на государственную службу, это всегда вызывает недовольство у остальных служащих...

– Но почему же? Ведь сейчас все японцы едят мясо?
– допытывались мы.
– Что они, грязные? Бедные?

– Нет, есть среди эта очень богатые люди, у них прекрасные дома, служащие, автомобили... Трудно сказать, почему ими брезгуют. Некоторые японцы думают, что это совершенно чуждая нам, пришлая раса.

– Вы их тоже не любите?
– спросила я.

– Ну как вам сказать?

Вдруг глаза либерала сузились, лицо сморщилось, и он стал хохотать. Мы смотрели на него с недоумением, но он так заразительно хохотал, что и мы невольно заулыбались.

– Ox, - наконец с трудом выговорил он сквозь смех.
– Ох, я вспомнил одну историю, которая случилась с моим соседом. Он очень хороший человек, из очень хорошей семьи, но очень бедный. И вот один раз он пришел домой пьяный. Я слышу, он кричит, жена кричит, сыновья ругаются... Я бегу к ним... Ха, ха, ха!
– опять закатился японец.
– Они все били, били его, больно били...

– Потому что пришел пьяный?

– Нет, нет! За то, что эта напоил его и пил с ним! Ох, как та женщина ненавидит эта, она говорит, что узнает их по запаху, что от них воняет...

Передовые женщины

– Что такое? Вы говорите, что в Японии больше свободы, чем в СССР. Для кого?
– И над громадными, в темной оправе круглыми очками поднялись, углами заострились узкие брови, тонкие пальцы изнеженной руки быстро-быстро завертели карандаш.
– Вы просто не знаете. Женщины, например. В Японии женщины - рабы. Отцы продают девушек на фабрики, в... ну как это... нехорошие дома...

– Дома терпимости?

– Да. Вы знаете, сколько в Японии этих девушек, шоджи по-японски?..

– Проституток?

– Да. Да. Пятьдесят две тысячи, не говоря уже о гейшах!

– Но ведь гейша не проститутка, это же совсем другое.

– То же самое. У гейши всегда есть, ну как это сказать, богатый человек...

– Покровитель?

– Да. Ну, иногда этот человек выкупает гейшу, но ведь это та же проституция, только гейши тоньше, образованнее, умнее, чем обыкновенные шоджи. Ведь это же ужас! Детей, маленьких девочек воспитывают, как гейш, заранее решая их судьбу. Видели их?

Да, я много раз их видела в концертах, в театре. Девочки лет

10-12-ти, набеленные, накрашенные, в ярких кимоно, в сопровождении скромно одетых японок в высоких прическах. Гейши всегда скромно одеваются, мы никогда не отличили бы их от других женщин, но японцы безошибочно узнают их. На этих кукольных девочек было всегда тяжело смотреть. Но особенно волновалась всегда Туся.

– Мам?, кто эти девочки? Почему они такие?
– спрашивала она с тревожным любопытством, точно чувствуя, что здесь крылось что-то нехорошее.