– Ну, Елена Юлиевна...
– пробормотал Родион.
– Этому дала, и этому дала... Я думал, обыкновенная шлюха... А она, оказывается, не обычная многостаночница, а большой человек...

– О, да, наша Леночка непроста!
– засмеялся Мартынов и сморщился: улыбаться ему было больно.
– С ней шутки плохи. Вы даже представить себе не можете, какая участь ждет того, кто ненароком перейдет ей дорогу. Не смотрите, что молода и хрупка на вид. Она у нас первый специалист по отсечению отсохших ветвей.

– А я, значит, еще не отсох?

– Вы, Родион, вполне жизнеспособный сучок. Елена занималась Гильдией, а также курировала, так сказать, определенные смежные сферы. Вы-то можете себе представить, как это тяжко - каждый день выносить подле себя Кошарского, Вербина, Свияжкина...

– И она их отсекла?

– Да, но заметьте, что это сделано виртуозно и не раньше, чем того потребовали обстоятельства. Короче говоря, Елена попользовалась всеми всласть, а потом скомкала, выбросила и спустила воду в бачке, - ошерился Мартынов.
– Работать с ней одно удовольствие.

– А чем, кстати, вам помешал мой администратор?

Мартынов покачал головой:

– Да ничем. Но Елена правильно рассчитала, что оставшись без последней своей опоры, Егор, очертя голову, потеряет всякую осторожность и не сможет разрушить ее дивный план... Между прочим, можете успокоиться, ваш администратор, был найден около полуночи в Удельном парке, без денег и документов, с тяжкими телесными повреждениями. Возможно, рэкет. Возможно, обыкновенное разбойное нападение... Надеюсь, вы не имеете ничего против таких версий?

– Он будет жить?

– Если захочет, - ухмыльнулся Мартынов.
– Во всяком случае он навсегда потеряет охоту к высокооплачиваемым хлопотным должностям... Кстати, о должностях. Не хотите председательствовать в Гильдии чародеев?

– Боже сохрани!...
– процедил Родион.

– Разумно, - кивнул Мартынов.
– Сделаем так: получив законный членский билет, вы займетесь прежней гастрольной деятельностью, но уже на куда более обширной территории. Елена проработала спрос: заграничные турне для вас уже расписаны на год вперед. Заткнем за пояс Копперфильда и заодно пополним бюджет нашей организации. Гильдия при всем своем примитивизме очень полезна, как источник пополнения средств. Ну и для обслуживания мелкой клиентуры, конечно...

– Я не стану в этом участвовать, - отрезал Родион.

– Я не уговариваю. Я излагаю вам заведомо решенное дело, - не менее сухо возразил Мартынов.
– Будете изображать из себя законопослушного волшебника. А кроме того смело можете принять по наследству заказы и связи Кошарского и Вербина. В конце концов, кому-то надо обслуживать растущую клиентуру в части криминальных разборок... Но кроме этого мы впускаем вас, Березин, и на более высокий, совершенно сокрытый от посторонних глаз круг, включающий большую политику с нескончаемыми предвыборными марафонами, промышленную конкуренцию высокого полета, и прочие скрытые нюансы нашего бытия, о существовании которых мало кто подозревает... Это, Родион Павлович, совсем иной уровень.

– Да в чем же разница?
– огрызнулся Родион.
– По-вашему, наемник, стреляющий с крыши - это один уровень, а киллер-телекинетик, на банкете рвущий желудок своей жертве - это некие высшие сферы?

– Это не высшие сферы. Это серьезные дела. А серьезные дела мы делаем только с серьезными людьми. Человек, способный работать стопроцентно чисто, находится под нашим крылышком в полной безопасности... Мы не ищем разовых исполнителей, работающих традиционными методами, потому что слишком велики накладные расходы на подготовку операции и последующее устранение последствий, в том числе и самого исполнителя. Поэтому мы холим и лелеем серьезных партнеров, тех, кто не оставит ни одной материальной улики и в чистосердечное признание которого не поверит ни один нормальный человек.

Родион промолчал. В широчайшей компетенции Мартынова он больше не сомневался.

– Кажется, у вас есть голова на плечах, Родион Павлович. У вас достанет ума не интересоваться тем, кому и зачем нужно избавиться от того или иного человека. Это ни вас, ни меня, кстати, тоже не касается: ниже нас с вами в этой пирамиде только твердь земная...

Мартынов вдруг дал по тормозам, а потом свернул к бордюру газона.

– Итак, я, кажется, изложил все. На то, чтобы почувствовать себя в роли соблазняемой красной девицы у вас, Березин, есть некоторое время,

– доверительно сообщил Мартынов.
– Однако если на каком-то из этапов нашего дальнейшего сотрудничества вы откажетесь исполнить какое-либо наше предписание, своего брата вы живым не увидите. Это я вам обещаю.

Родион покосился на Мартынова.

– Увы, Родион, у вас просто нет выбора, - подтвердил тот.

Родион стиснул зубы. Он сейчас готов был порвать Мартынову глотку, и вполне мог бы сделать это... Более того, в какое-то мгновение Родион вдруг смертельно испугался того, что он не сможет обуздать себя...