Макбет

Теперь жалею я, что, разъярясь,

Их заколол.

Макдуф

Зачем ты это сделал?

Макбет

Кто разом может быть горяч и трезв,

Взбешен и сдержан, предан и бесстрастен?

Никто! Медлитель ум отстал от пыла

Моей любви. Дункан лежал пред нами,

И расшивала золотая кровь

Серебряную кожу, где, как бреши,

Куда ворвалась смерть, зияли раны.

В цвет ремесла себя окрасив, спали

Убийцы у дверей. На их кинжалах

Алел наряд из высыхавшей крови.

Кто, кто, в чьем сердце есть любовь и смелость,

Сумел бы совладать с собой и делом

Любовь не доказать?

Леди Макбет

Ах, помогите!

Макдуф

На помощь к госпоже!

Малькольм

(тихо, Дональбайну)

Что ж мы-то немы,

Хоть нас несчастье больше всех задело?

Дональбайн

(тихо, Малькольму)

О чем же можем говорить мы здесь,

Где смерть глядит на нас из каждой щели?

Бежим скорей отсюда. Наши слезы

Еще не накипели.

Малькольм

(тихо, Дональбайну)

Да и скорбь

Должны мы прятать.

Банко

Помогите леди!

Леди Макбет уносят.

Идем, прикроем бренные тела

Одеждою от холода, а после

Расследуем кровавое злодейство.

Потрясены мы страхом и сомненьем,

Но я, на божью помощь уповая,

Бросаю вызов вероломным козням

Безвестного изменника.

Макдуф

И я.

Все

Мы все.

Макдуф

Оденемся, вооружимся

И в зале вновь сойдемся.

Все

Решено.

Все, кроме Малькольма и Дональбайна, уходят.

Малькольм

Что делать нам? Не с ними ж оставаться.

Притворная печаль легко дается

Одним лжецам. Я в Англию уеду.

Дональбайн

А я — к ирландцам. Будет безопасней

Нам судьбы разделить. Ведь тут за каждой

Улыбкою — кинжал. Чем ближе нам

По крови человек, тем больше алчет

Он нашей крови.

Малькольм

Смертная стрела

Еще летит, и нам всего полезней

Не подставлять ей грудь. Скорей в седло,

И скроемся! Сейчас не до прощаний.

Тот воровством себя не замарал,

Кто жизнь свою у гибели украл.

Уходят.

Под стенами замка Макбета.

Входят Росс и старик.

Старик

Лет семьдесят я в памяти храню.

За этот срок всего я навидался —

И страшного и странного, но все

Пустяк пред этой ночью.

Росс

Вот, отец,

Гляди: смутясь деяньями людскими,

Кровавый их театр затмило небо.

Часы показывают день, но тонет

Во мгле светило. Ночь ли всемогуща

Иль стыдно дню, но, лик земли скрывая,

Мрак не дает лучам лобзать его.

Старик

Да, это, как и все, что здесь творится,

Противно естеству. В минувший вторник

Был гордый сокол пойман и растерзан

Охотницею на мышей совой.

Росс