Шрифт:
— Идиот! Гробить такую машину! Ведь это же…
Кит даже присвистнула, увидев серебристый «Лотос-Эспри», который, вихляя, свернул с авеню Хайленд на Голливудский бульвар.
— Быстро! — толкнула она Вивьен. — Вот кого ты должна заарканить!
— Погоди, — ответила та и, окинув глазами спортивный автомобиль, добавила нерешительно:
— Это, кажется, «Лотос-Эспри»…
— Это наша квартплата! — выпалила Кит. Она смотрела во все глаза на «Лотос», который ехал все медленнее и, наконец, встал. — Иди, иди! — ободряюще подтолкнула она колеблющуюся Вивьен. — Ты сегодня отпадно выглядишь. Он не устоит, можешь считать, что сотня у тебя в кармане! Позвони, как закончишь. Вив, береги себя!
— Ты тоже! — сказала Вивьен и быстро погладила Кит по щеке. Скинув жакет, чтобы были видны ее безупречная фигура и длинные ноги, она слегка распушила парик и направилась к «Лотосу».
Кит возбужденно махала ей вслед.
— Работай, работай, крошка! — кричала она в восторге. — Заведи его хорошенько и сделаешь свои бабки! У тебя все получится! Только не испорти игру!
Глава 3
Сидя в «Лотосе», Эдвард Луис не видел, что к нему приближалась Вивьен. Он растерянно переводил взгляд с приборной доски на рычаг переключателя скоростей.
— Ну давай же, давай, не упрямься! — бормотал он. — Первая скорость, кажется, здесь… если я хорошо помню…
С тех пор, как он выехал из Голливуд Хиллз, где находился дом Стаки, он окончательно заблудился. Каким-то чудом ему удалось добраться до Голливуда, но у театра, что в конце Голливудского бульвара, он свернул не направо, к Западному Голливуду и Беверли Хиллз, а в прямо противоположную сторону.
Тренди-стрит, бульвар Сансет, авеню Мельроз — мелькали таблички с названиями улиц, которые мало что говорили ему. Он понятия не имел, где находится и как отсюда добраться до гостиницы.
В итоге, несмотря на коварство «Лотоса», Эдварду удалось отъехать достаточно далеко от конечной цели. Переключая рычаг скоростей, он забывал выжимать сцепление, и двигатель то и дело глох. Или жал слишком сильно на газ, и захлебывающийся мотор набирал вдруг такие обороты, что машина срывалась с места, будто ракета.
Эдвард начал уже волноваться, когда обнаружил себя на тихой и плохо освещенной улице, дома которой были окружены белеными каменными заборами и коваными оградами. На тротуаре он заметил какого-то оборванца, явно бездомного: тот ковырялся в баке для мусора.
Эдвард притормозил и, высунувшись в окно, услышал, как бродяга негодовал по поводу результатов своих исследований:
— Ты смотри! Кроме мусора, уже ничего не выкидывают!
Эдвард остановился.
— Прошу прощения…
— Что такое? — испуганно выпрямился бродяга.
— Вы не скажете, как проехать в Беверли Хиллз?
Тот, шаркая, подошел поближе.
— Отчего не сказать? Вы туда и приехали, мистер! Вон, видите, справа особняк Сильвестра Сталлоне.
Эдвард вежливо поблагодарил его. Оборванец загоготал, сопровождая свой смех гостеприимным жестом.
— Добро пожаловать к нам!
Полученная информация показалась Эдварду не слишком заслуживающей доверия. Бродяга, наверно, был пьян или накурился, а может — и то, и другое. Во всяком случае, спрашивать у него еще и о том, как проехать к отелю «Риджент Беверли Уилшир», Эдвард не стал, а с горечью предпочел повернуть назад, к той дороге, по которой приехал сюда. Он надеялся, что рано или поздно она выведет его на шоссе, но в конечном итоге опять очутился на Голливудском бульваре.
Подняв голову, Эдвард увидел Вивьен, которая заглянула в окно машины. Сверкая роскошными белыми зубками, девушка ослепительно улыбалась ему.
— Добрый вечер! Вы кого-нибудь ищете? — спросила она с деланной флегматичностью.
Расчет был на то, что мужчина ответит: «Тебя, разумеется!» Но он ответил иначе:
— Ищу. Дорогу на Беверли Хиллз. Вы можете подсказать?
Вивьен продолжала улыбаться. «А он ничего», — оценила он водителя роскошной машины. «Да и денежный — сразу видно».
— Конечно, могу, — сказала она. — За пять долларов.
— Но это смешно! — изумленно уставился на нее Эдвард.
— Смешно? Ну тогда за десятку!
— Что-то я не слыхал, чтобы кто-то брал деньги только за то, что покажет дорогу, — покачал головой Эдвард.
— Брать, не брать — мое дело! — облокотившись о дверцу машины, сказала Вивьен. — Зато я дорогу знаю!
Она выпрямилась, сделала шаг назад с таким видом, будто собралась уходить, и движением, которое трудно было назвать скромным, повернулась к Эдварду своей ладной попкой. Посмотрев на обтянутые узкой юбочкой выразительные формы, он покорно пожал плечами.