– Перегоню всю информацию, а расшифруем ее дома.

– Такое возможно?

– Все возможно...

Бой наверху продолжался.

– Седьмой, что в секторе "X"?
– взялся я за рацию.

– Какая-то чертовщина. Все помещение заставлено аппаратурой. Я такой никогда не видел.

– Работай. Ничего не упусти. Отбой.

Седьмой фиксировал видеокамерой загадочное оборудование. Что оно собой представляет - разберемся дома. Если вернемся отсюда живыми.

Я оставил "Лобачевского" и Лукницкого и отправился наверх. Грохот стоял, как в аду.

– Третий контужен. Восьмого жахнуло пулей, но броник выдержал. В порядке, - сообщил Горыныч, скрючившийся за бетонным прикрытием и мешками с песком, точку хозяева базы оборудовали хорошую, не думали, что врагам достанется. Духи быстро очухались. Даже пытались вылезти и пойти в атаку. Оставили десяток человек и утихли. Теперь палят из укрытий.

– У Вени пока ничего не выходит. Нам нужно еще продержаться. Как?

– Да сколько угодно, - Горыныч неторопливо перезаряжал автомат.

Над головой по кирпичам застучали пули. Лупили из РПК.

Я засек откуда. И залепил из трофейного гранатомета в ответ. Все, готов.

– Мы могли бы их выкурить из помещений, - сказал Горыныч, посылая очередь в окно.

– Не стоит.

Я пригнулся. Грохот. По нам лупанули из гранатомета. Не страшно.

В принципе мы могли взять под контроль всю базу. Благо, число ее защитников заметно уменьшилось. Но незачем. Я не мог рисковать ни одним из своих парней.

– Скоро сюда слетятся войска и полиция.
– Горыныч передернул затвор и пустил длинную очередь.

– Не успеют...

"Лобачевский" справился с задачей через сорок минут.

– Отход, - приказал я.
– Я прикрываю.

Последним покидал объект я.

Опять канализация, мир безмолвия, нарушаемого лишь писком крыс, шуршанием воды.

Когда мы выбрались на свежий воздух, со сторонй базы слышался стрекот вертолетов. Прибалты наконец переполошились и решили навести порядок.

– Аминь, - шепнул я и вдавил кнопку на миниатюрной коробочке с антенной.

Ночь раскололась: А вместе с ней раскололась земля. Канонада, как на Курской дуге. Рвалась взрывчатка, которую не пожалели спецы из Министерства обороны. Детонировала взрывчатка, припасенная Троллем. База перемалывалась в пыль и пепел в диком пламени. А над ней метались души людей, чьи тела в один миг были разорваны в клочья...

"Лобачевский" провозился с компьютерами дольше, чем мы планировали. Мы немного припозднились в гостях. А из гостей следует уходить вовремя, чтобы не нервировать хозяев, - правило хорошего тона. Дождались, что полиция с подразделениями армии и департамента охраны край Перекрыли дороги и начали прочесывать окрестности.

"Лесные братья" - плохо обученный сброд, который почему-то считается вооруженными силами Латвии, - дело свое знали неважно. Полиция - тоже. Еще несколько лет назад ее костяк составляли русские, которые были нещадно выметены пришедшими к власти "наци". В те времена рижский ОМОН мог самостоятельно взять под контроль всю республику со всеми ее вооруженными формированиями. Сегодня ситуация не слишком изменилась. Прочесывание и заградительные мероприятия поднятые по тревоге бойцы проводили на редкость бездарно.

Мы рассредоточились на группы по три человека и отходили по заранее намеченным маршрутам. Ночь выдалась безлунная и темная, а темнота - друг диверсантов, уходящих с вражеской территории. Главное, не сбавлять темп. Марш-бросок с полной выкладкой - все это привычно и не, так трудно. Вот только пришлось тащить на себе еле передвигавшего ноги Лукницкого.

Лес в инфракрасных лучах смотрелся фантастически. Темные массы деревьев, скользящие расплывчатые светлые тени - это распуганное нашим приближением мелкое зверье.

Мы обходили хутора и поселки. Самое неприятное - пересекать открытую местность и шоссе. На одной из дорог мы напоролись на бойцов департамента охраны края, выпрыгивающих из машины. Они собирались растянуться в цепочку и взять под контроль участок дороги. Им не повезло. Мы подоспели вовремя. Мы их видели, а они нас нет. Заряд гранатомета в кузов. Несколько автоматных очередей. Все, препятствие устранено. Может, в другой ситуации я бы пожалел погубленные жизни. Но не сейчас. Перед нами враг. Если не мы его, то он нас.

В точке сбора все наши были минута в минуту, никто не опоздал. Инок умудрился сшибить из гранатомета вертолет - на моей памяти это почти никому не удавалось. Мои ребята прошли через два полицейских заслона, как раскаленный нож через масло. Никто не получил во время отхода ни единой царапины.

В лесу начинало светлеть. Скоро заря. Зарокотал вертолетный мотор. Опознавательный код по Рации. Приглашение присесть на полянку. Вскоре на траве замер военный вертолет с замазанными краской опознавательными знаками.