В глазах Дерри светился животный страх, казалось, из них исчез разум, и Морган понял, что должен незамедлительно что-то сделать, в противном случае Дерри сожжет себя.

Он сказал:

– Успокойся, Дерри, не сопротивляйся мне! Все хорошо. Ты в безопасности. Дункан, помоги мне успокоить его!

– Нет! Мне нельзя спать! Я не должен!
– Дерри ухватился за край плаща Моргана и пытался подняться.

Дункан схватил его за руки и не выпускал.

– Пустите меня! Вы не понимаете... О Боже, помоги мне! Что мне делать?

– Все хорошо, Син.

– Нет. Вы не понимаете. Венсит...

Глаза Дерри стали совсем безумными, он поднял голову и дико посмотрел в глаза Моргана. Его руки судорожно цеплялись за плащ Моргана, и Дункан не мог сладить с больным.

– Морган, слушай! Говорят, что дьявола нет, но это неверно! Я его видел. У него рыжие волосы, и он зовет себя Венситом. Он лжет! Он дьявол! Он сделал меня... он сделал меня...

– Потом, Дерри, - Морган покачал головой и заставил его снова лечь. Потом. Мы поговорим об этом позже. Сейчас ты слишком ослабел от ран и плена. Отдохни. Поговорим, когда ты проснешься и будешь чувствовать себя лучше. Я обещаю, что с тобой ничего не случится. Верь мне, Дерри.

Морган говорил и говорил, все больше и больше овладевая слабеющей волей Дерри, вскоре юноша расслабился, лег на постель, глаза его закрылись, мышцы обмякли. Морган осторожно высвободил плащ из рук спящего, положил его поудобнее и поправил подушку.

Конал, который все время был рядом, принес меховую накидку, и Морган укрыл неподвижное тело Дерри, немного постоял над ним, как бы желая удостовериться в крепости его сна, а затем они с Дунканом обменялись беспокойными взглядами.

И только после этого Морган посмотрел на встревоженные лица окружающих.

– Я думаю, все будет нормально, когда он отдохнет, сэр. Страшно даже подумать, через что прошел бедный мальчик.

Глаза Моргана потемнели, взор его обратился куда-то вдаль и он пробормотал:

– И да поможет Бог Венситу, когда я узнаю все.

Он вздрогнул, поправил прядь волос, упавших на глаза, и вздохнул. Дункан, обеспокоенно глядя на Дерри, приблизился к Моргану.

Келсон был очень взволнован. Переминаясь, он переводил взгляд с одного лица на другое.

– Что же Венсит сделал с ним?
– наконец тихо спросил он.

Морган покачал головой.

– Трудно сказать, мой король. Позднее я прозондирую его поглубже, но сейчас он слишком слаб и очень сопротивляется.

– Ясно.

Келсон несколько секунд стоял, глядя в пол, затем встрепенулся, поднял глаза. Все смотрели на него, и он внезапно вспомнил, какую тему предстоит сейчас обсуждать.

– Ну что ж, господа. Для Дерри мы пока ничего сделать не можем, и, полагаю, можно перейти к главному вопросу. Я...
– он посмотрел на Арлиана.
– Епископ Арлиан, ты можешь рассказать нам о Совете Камбера...

Арлиан выразительно покачал головой и многозначительно откашлялся, взглянув при этом на людей Варина, юного Конала, на нескольких стражников, и Келсон осекся на полуслове.

Кивнув, Келсон подошел к Коналу и положил ему руку на плечо. Ему стало ясно, что Арлиан не хочет обсуждать это в присутствии посторонних.

– Благодарю за помощь, кузен. Будь любезен, пошли ко мне своего отца и епископа Кардиеля, а сам можешь заняться своими делами. А вас, господа, - обратился он к людям Варина и стражникам, - прошу вернуться на свои посты. Благодарю за помощь и усердие.

Конал и остальные поклонились и вышли из палатки. Варин смотрел им вслед... Было видно, что он неловко чувствует себя и готов последовать за остальными.

– Мне кажется, я тоже должен уйти, потому что ваша беседа не для посторонних ушей. Я могу уйти, если хотите, я не обижусь, - поспешно сказал он.

Келсон посмотрел на Арлиана, и тот покачал головой.

– Нет, ты имеешь полное право остаться, Варин. Мы ведь вызвали даже Кардиеля, а он еще меньше Дерини, чем ты. Келсон, если не возражаешь, то я дождусь прихода Кардиеля и Нигеля, чтобы не повторять десять раз одно и то же.

– Конечно.

Келсон придвинул кресло, отстегнул плащ и бросил его на спинку, а сам сел, устало вытянув свои длинные ноги.

Морган и Дункан сели на стулья справа от него.

Морган снял меч и положил его на пол, к ногам. Дункан, подумав, сделал то же самое, а затем подвинул свой стул, чтобы освободить место Варину, который уселся на подушку около центрального шеста.

Арлиан стоял, смотрел под ноги и делал вид, что поглощен разглядыванием замысловатого узора на ковре. Он даже не взглянул на вошедших Нигеля и Кардиеля, и Келсон указал им на места слева от себя.