Тележка со стуком ударилась в стенку коридора, и библиотекарь шлепнулся на пол, растопырив ноги, до нелепости похожий на деревянную куклу. Он указал на дверь справа.

— В самом деле? — воскликнул Дойл. — Это и есть кабинет профессора Сэкера?

Старичок кивнул.

— Чрезвычайно признателен, — весело проговорил Дойл. — При случае непременно напомню о вас кому-нибудь из начальства.

— Был рад помочь. Очень рад.

Старичок расплылся в довольной улыбке, продемонстрировав все качества вставной челюсти.

Приподняв на прощание шляпу, Дойл вошел в кабинет Сэкера и закрыл за собой дверь. Он оказался в квадратной комнате с высокими потолками, стены которой были заставлены стеллажами с книгами. К одному из них была приставлена лестница. В центре кабинета, на громоздком письменном столе, в беспорядке лежали журналы, карты, компасы всевозможных размеров, кронциркули и другие картографические инструменты.

В пепельнице дымилась пирамидка золы из выкуренной трубки. Сама трубка — глиняная, с тонким рисунком — лежала рядом и была теплой на ощупь. Значит, ее владелец покинул комнату буквально пять минут назад. «Может быть, он улизнул, услышав в коридоре мой голос? Это возможно, ведь Сэкер престранный малый; но зачем ему избегать встречи со мной, если он дважды спас мне жизнь? Непонятно».

На письменном столе Дойл увидел древнегреческие рукописи, томик Еврипида, монографию о Сафо и старое издание «Илиады». Тут же лежали карты побережья Турции, сплошь испещренные точками и крестиками. Дойл предположил, что владелец «Илиады» отыскивал на картах местонахождение легендарной Трои.

Плащ и шляпа профессора висели на вешалке возле двери. Рядом стояла трость — коротковата для долговязого Сэкера, подумал Дойл. Он распахнул дверь в крошечную прихожую, где обычно толпились студенты в день экзамена. Дверь из прихожей вела в коридор. Дойл решил заглянуть и туда.

По обе стороны широкой лестницы на постаментах восседали жуткие мраморные монстры, похожие на часовых. Один из них — острозубый грифон с длинными когтями, другой — василиск, казалось, готовый сжечь ядовитым дыханием любого, кто осмелится приблизиться к нему. Дойл невольно поежился. Свет едва пробивался сквозь зарешеченные окна, отбрасывая призрачные тени на мраморный пол и стены. Скоро совсем стемнеет, надо побыстрее убираться отсюда, решил Дойл. Он прислушался, но ни звука шагов, ни какого-то шороха до него не доносилось.

— Профессор Сэкер!.. Профессор Сэкер!

Никакого ответа. Внезапно Дойл почувствовал, как по спине пробежал холодок, и резко обернулся. Каменные чудища пристально наблюдали за ним. Странно, минуту назад эти мерзкие рептилии смотрели друг на друга… Дойл передернул плечами. Куда же все-таки подевался профессор?

Все двери в коридоре были заперты. Многочисленные повороты коридора, по которому петлял Дойл, не вывели на мало-мальский след пребывания Сэкера в колледже. Стало так темно, что Дойл не мог ничего разглядеть на расстоянии вытянутой руки. Куда ни повернись, Дойл натыкался на стены. Похоже, он заблудился.

Тяжелый воздух в коридоре угнетающе действовал на него, как и темнота вокруг. Ладони стали потными, и Дойл сунул руку в карман за носовым платком. Вообще-то он не боялся темноты, но пережитое в последние двое суток лишило его обычной храбрости и наполнило душу суеверным страхом. Дойл решил вернуться и двинулся по коридору, придерживаясь рукой за холодную стену. Неожиданно ему показалось, что в кабинете Сэкера мелькнул свет. Он поспешил в кабинет, надеясь найти там своего спасителя.

Коридор разветвлялся в обе стороны. Куда теперь — налево или направо? Ответить на это Дойл не мог, но почему-то повернул направо.

Пройдя несколько шагов, Дойл замер. Ему послышался какой-то неопределенный звук. Что это? Может, объявился Сэкер и спешит ему навстречу? «Лучше всего оставаться на месте и ждать, пока звук не станет похож на что-то реальное. Наверное, это самое правильное: стоять и ждать. Я должен быть предельно осторожен, потому что в этой зловещей тьме за каждым поворотом кроется необъяснимый ужас, рожденный в непознанных глубинах эфира…»

Стоп! Вот, опять.

Что же это такое? Это не шаги, так? Так. Ибо он не слышал ни стука каблуков, ни шарканья подошв по мраморному полу.

«Ну, Дойл, признайся: ты уже догадался, что это за звук».

Крылья… Это взмах крыльев… Перепончатых крыльев.

«Но это вполне мог быть воробей или голубь, влетевший через окно и не сумевший выбраться обратно. Не фантазируй, старина! Сейчас конец декабря, и птички попрятались кто куда, а не порхают по темным коридорам. И где это ты видел воробья, взмах крыльев которого сотрясает воздух?

На самом деле все по-другому. Эти звуки донеслись с лестницы, когда, взмыв с постаментов, эти…