Когда миновали поле, сбоку выросла тёмная лесополоса. Натыкаясь на неё, фары несколько раз отразились в зеркальных глазах неведомых ночных тварей, любопытствующих, что за шумное чудище вторглось в их владения?

За посадкой, в пяти или шести километрах от посёлка, снова начались бескрайние колхозные нивы.

Когда машины приблизились к монолитным рядам неисчислимого кукурузного воинства, выросшего впереди, мужчина приказал:

– Стоп! Глуши мотор, гаси фары. Ключи передай через плечо мне.

Выбравшись из машины с карабином и револьвером в руках, он заговорил снова:

– Теперь ты, Саня. Выходи и держись в сторонке.

– Почему это я должен держаться в сторонке? – строптиво возразил этот мальчишка с бородёнкой, казавшейся приклеенной к его лицу ради смеха.

Но Беку было не до веселья, особенно когда он услышал ответ мужчины:

– Падаль, она заразная.

Падаль… Когда это говорит о тебе человек, вооружённый до зубов, то поневоле начинаешь задумываться: а долго ли тебе осталось жить на этом свете?

Повинуясь указке револьверного ствола, Бек выбрался из машины и брякнулся лицом вниз, втягивая ноздрями горьковатый запах пыли и сухой земли.

Лежал, дышал и слушал, что происходит рядом.

– Твоя очередь, паря. Ты, ты, который за рулём.

Два шага в сторону и ложись на живот. Руки на голову, ноги как можно шире… Ну вот, а теперь ты, корноухий…

Долго отлёживаться троице не дали. Всем было велено сесть на указанные места, лицами друг к другу, и вытянуть ноги – поза, не позволяющая стремительно вскочить и броситься наутёк.

– Сессия выездного трибунала объявляется открытой, – объявил мужчина, устроившись поодаль со своим богатым арсеналом. – На все наши вопросы отвечать чётко, ясно и незамедлительно…

Впрочем, спрашивал только он, а его тщедушный спутник ограничивался тем, что злобно зыркал на пленников.

Кому принадлежит зелёный «Мерседес»? Кто стрелял вчера в посёлке? Как его зовут? Где он находится сейчас? Когда вернётся? Не перебивая друг друга, но довольно охотно и многословно допрашиваемые выложили все, что знали про Эрика. Должность, возраст, внешность, марка автомобиля и так далее, включая такие подробности, как пристрастие к анаше.

– Так. С Эриком все ясно, – сказал мужчина. – Теперь поговорим о вас, парни. Сколько ещё вас, караульщиков гребаных, и что вы забыли в посёлке?

Он внимательно выслушал рассказ об инструкциях, полученных «великолепной семёркой» от начальства, потом неопределённо хмыкнул и заметил:

– Надо же, Губерман. Сомневаюсь, что роль этой личности в истории вашей банды так уж велика. Фамилией он не вышел. Вы мне, парни, скажите лучше, кто над ним стоит. Над всеми вами.

Пленники переглянулись. Поскольку ближе всех к мужчине находился Рваный, то он первым и нарушил затянувшуюся паузу – раскололся, а потом и Бек со Шкреком подключились, чтобы не выглядеть на его фоне упрямыми молчунами.

– Италья-а-нец, – протянул мужчина с непонятной интонацией. – А ведь он мой давний знакомый.

Вот уж не думал, что наши пути пересекутся.

– Мир тесен, – брякнул Шкрек, закончивший когда-то первый курс педагогического института.

– М-м? – Когда мужчина взглянул на него, его глаза напоминали две льдинки. – Тесен, говоришь?

Верно. А все из-за того, что нормальным людям приходится сосуществовать рядом со всякой мразью.

Они ведь жить хотят. А вы – убивать.

– Никого я не убивал! – выкрикнул Шкрек. – Совсем никого! Ещё ни разу!

– А эго тебе зачем? – Мужчина неожиданно спрятал револьвер и направил в Шкрека отобранный у него пистолет. – Для чего ты таскаешь эту штуковину? Орехи ею колоть?

– Это Бека пистолет!

– Твой, значит? – Заметив, что его маленький спутник шагнул вперёд, мужчина остановил его и повторил вопрос:

– Твой?

– Из него Эрик в тебя палил, а не я! Эрик! – истошно закричал Бек, валясь на спину и заслоняя лицо руками. «Макаров» был направлен ему прямо в лоб Человек в джинсах с укором покачал головой:

– Тот, кто до такой степени боится оружия, не должен за него браться. А если уж взялся, то обязан стрелять. Согласен со мной?

– Я? – глупо переспросил Бек.

– Ты. Иди сюда.

В лунном свете силуэт мужчины был обозначен всего лишь двумя красками

– чёрной и серебристой.

Бек, как заворожённый, поднялся на ноги и послушно поковылял на зов. Пистолетный ствол указал ему место, где следует остановиться.

– Повернись ко мне спиной, – велел мужчина.

– За что? – выкрикнул Бек. – Я тут вообще не при делах!