Палатон упал на колени и начал отбрасывать обломки бетона и мусор. Осколки рвали его руки — руки пилота, орудие его труда, — пока кровь не побежала ручьем.
Он был вознагражден видом бледного, странного лица, улыбающегося ему из-под обломков. Палатон осторожно высвободил юношу и подхватил его на руки. Он был его силой, его компасом в лабиринтах судьбы — единственное дитя, которое он сможет извлечь невредимым из гибельного кристалла.
