— Простите, я пришел к вам по поводу…

— Я знаю, зачем ты пришёл, — прервала его провидица. — Ты хочешь получить ответы на вопросы. Может кареня? — предложила эльфика.

— Не откажусь, думаю, у нас может получиться долгий разговор. Вы конечно уже знаете, всё, что я хочу вас спросить…

Провидица добродушно улыбнулась, потревожив множество морщин на лице:

— Ты не думай, я знаю не так много, как хочется. Я за чаем, — указала она на занавеску, из-за который недавно вышла. — Я знаю лишь то, что приходит ко мне в видениях и то, что я изучила за долгую жизнь.

Димар присел на стул возле стола:

«Интересно, а Ирена знала заранее о нашей встрече, о сопротивлении», — подумал Димар. Но вспомнив их встречу, там, в библиотеке, сделал вывод, что для неё встреча и созревший внезапно план, были такой же неожиданностью, как и для него.

Тем временем Алиена поставила на стол поднос с двумя чашками, блюдом с кусочками хлеба и небольшой баночкой с вареньем, судя по цвету, земляничным. Осторожно, дабы не пролить карень, она поставила чашку возле Димара:

— Приятного аппетита, — пожелала она Димару.

— Спасибо, и вам.

Димар отхлебнул карень, у которого оказался странный привкус:

— Простите, вы не против, если я задам вопрос о вас…

— Нет, конечно, не против. Ты же за этим и пришёл…

— В общем, не поймите меня не правильно, но почему вас не трогают наёмники? Почему вы спокойно живёте среди людей?

Эльфийка усмехнулась:

— Я знала, что ты спросишь об этом, но даже не догадывалась, что это будет первый вопрос. Ты, небось, думаешь, что я изменница? Думаешь, что я сдружилась с колдуном?

— Нет, нет, что вы… Если бы это было так, я бы не сидел и не пил бы с вами чай.

— И то верно. На самом деле Амбассор пощадил меня за то, что я рассказала ему хорошие для него вести, шестнадцать лет назад. Я ещё до уничтожения эльфов зарабатывала деньги даром, хоть это и не принято у эльфов. Возможно, это была одна из причин того, что он не убил меня сразу. — Алиена пожала плечами. — Не знаю. В общем, как и многие другие провидицы, я знала о нападении на леса. Руанскому лесу и Лоэсскому я уже ничем не могла помочь, а вот крупнейшему лесу Херосскому, я помогла, предупредив их о нападении за сутки до того, как верховная провидица увидела вещий сон. После посещения Херосского леса, я вернулась в Дефиат, надеясь спастись от колдуна. Я тогда струсила, ещё бы — великий колдун уничтожающий всех эльфов на своём пути, наверняка добрался бы и до меня. Когда эльфы всех трёх лесов были повержены…

— Притормози, но я же из Херосского леса, как случилось так, что я и моя мама ничего не знали о нападении?

— Не знаю, возможно, твоя мама знала, но не хотела говорить тебе, — предположила Алиена, — кстати, почему ты выжил?

Димар понял, что именно этот вопрос даёт разгадку. Наверняка в те дни, когда он жил в пещере и было нападение на лес. Как он жалел, что убежал… Ведь он мог помочь умением стрелять из лука в битве. Мог бы уничтожить пару десятков индулов… Хотя в том, что он выжил есть плюс, теперь у него появился шанс остановить колдуна и отомстить и за маму, и за лес, и за всех погибших эльфов.

— Не важно, так что там было, когда эльфы оказались повержены?

Алиена заговорщицки улыбнулась:

— Не хочешь не рассказывай… Так вот, когда колдун уничтожил эльфов трёх лесов, он пришёл ко мне. Как оказалось, он вырос в этом городе и знал обо мне. Я уж думала, что жить осталось секунды, начала молиться Симоргу, просила его простить за использование дара для личной наживы. Но Амбассор задал лишь один вопрос: Уничтожит ли он всех эльфов. Я, конечно, честно соврала ему, что он уничтожит всех эльфов до единого. На что он ответил, что ты, Алиена, останешься жить, пока не умрёшь собственной смертью. После этих слов Амбассор покинул мой дом навсегда. После этого ни наёмники, ни кто—либо другой не тревожат меня. На следующую ночь, после визита колдуна меня посетило видение, Амбассор убил последнего эльфа. Ударом кинжала, без всякой магии.

— Подожди, так ты видела, что эльфы погибнут, — прервал её Димар, — сам не заметив, что обращается к пожилой эльфийке на «ты». — Для чего же мы тогда создаём сопротивление, если надежды нет, если всё предрешено. — В глазах Димара чётко читалось разочарование во всём, что у него было.

— Надежда есть всегда. Ты пойми будущее не высечено на камне. Судьба твоя, Ирены и многих других эльфов не записаны ни в одной книге. Просто на тот момент, когда у меня было видение, я и многие другие эльфы уже не верили в возрождение. Они смирились с тем, что расе эльфов пришёл конец. Сейчас совсем другие эльфы и совсем другое время. Прошло шестнадцать лет. Многое изменилось. Сейчас главное не опустить руки тебе и всей твоей команде.

Димар даже не стал удивляться, что колдунье известно имя Ирены:

— Я с детства слышал, что увиденное провидицей нельзя изменить или предотвратить.

— Все мы долгое время были уверены в этом, возможно, поэтому никто не пытался изменить судьбу. Но любая война сопровождается уникальными открытиями и потрясениями. Как известно, любое разумное существо в опасных ситуациях действует эффективнее, чем в обычной жизни. А война — одна большая опасность. В общем, первый лес, на который был нанесён удар, Руанский, смог сохранить лишь одного эльфа, хотя в видении верховной провидицы погибли все. Бьют, так звали провидицу, решила попытаться обмануть смерть и ей это удалось. Её сын Эвил выжил в тот ужасный день. Я нашла его в хутрее, лежащим в кроватке и кричащим во всю глотку. Я была удивлена, но с улицы этого крика слышно не было. Главный хутрей Руанского леса будто бы жил своей жизнью. Понимаешь? Бьют сделала невозможное, она превратила хутрей в неприступную крепость, находящуюся вне времени и пространства. Насколько я знаю, это могли сделать лишь Мьюрты.