Вице-адмирал опоздал на назначенную встречу на целых полчаса. В приемной его уже ожидал предупрежденный об опоздании Илья Георгиевич Макаров, который, в отличие от своего куратора, воспользовался метрополитеном. Коротко извинившись за опоздание, Столетов пригласил кавторанга в свой кабинет.

– Как я понимаю, вы уже в общих чертах в курсе, что произошло на рейде в Камрани, – закрывая за гостем дверь, бросил вице-адмирал.

– Ваш помощник успел меня познакомить с обстановкой, – кивнул Макаров.

Столетов указал Илье Георгиевичу на стул, а сам опустился в глубокое кожаное кресло. На приставном столике уже дымились две чашки крепкого черного кофе. Сделав глоток, вице-адмирал устало вздохнул.

– Пока с уверенностью можно сказать одно. Смерть явно насильственная. Есть предположение, что это – следствие воздействия инфразвукового оружия. Но пока это только предположение…

– Разве такое оружие существует в реальности? – прозвучало скептическое. – Я думал, это из области пропаганды и дезинформации. Дальше экспериментов дело не пошло.

– Я проконсультировался со специалистами. Конечно, это кажется чем-то из области фантастики. Но… – Столетов выдержал многозначительную паузу. – Человеческое ухо воспринимает звуки в частоте от двадцати до двадцати тысяч герц. Частоты пониже, где-то «до» субконтроктавы – это и есть инфразвук. Ухо их не воспринимает, но ощущает человеческий организм. Последствия воздействия инфразвука при частоте где-то между четырьмя и шестью герцами могут быть самыми катастрофическими для людей. Дело в том, что внутренние органы, мозг приходят в резонансные колебания. Первые опыты по созданию такого оружия проводились во Франции. Было зафиксировано, что инфразвук вызывает необратимую деформацию внутренних органов, особенно – легких, диафрагмы, мозговых сосудов и гортани.

– Я смотрел про это документальный фильм, – неожиданно вспомнил Илья Георгиевич, – «Землетрясение» назывался. Во время показа зрителей облучали несильным инфразвуком, для создания «эффекта присутствия», и у некоторых после этого были зафиксированы кровотечения изо рта и носа.

– Да. А ты, я смотрю, тоже в этом вопросе немного осведомлен, – улыбнулся Столетов.

– Я же не все время под водой нахожусь, товарищ вице-адмирал. Мне и земные проблемы интересны.

– Это я уже понял, – произнес хозяин кабинета, и вновь его лицо сделалось начальственно-серьезным, – так вот, этому инфразвуку ни бетонные стены, ни танковая или корабельная броня не помеха. Правда, под водой он не распространяется, плотность воды значительно больше, чем воздуха. Главная сложность «инфразвукового оружия» – создание направленного излучателя, так называемой «акустической пушки», которая бы поражала противника, но не поражала оператора такого оружия. Четыре года назад группа американских ученых разработала такую акустическую пушку, дальность действия которой – до одного километра. Это был побочный продукт, целью ученых и конструкторов являлась звуковая пушка, способная разрушать рыхлые породы в известняковых выработках. Сугубо гражданский проект. Все научные исследования, касающиеся этого вооружения, были тут же строго засекречены, однако кое-что успело попасть и в открытые источники. По данным средств массовой информации, несколько таких пушек уже есть в Ираке, применяются американцами на дистанционно управляемых автомобилях для разгона демонстраций. Используются слабые импульсы, толпу охватывает беспричинный страх, люди разбегаются.

– Теперь понятно, почему гидрографическое судно было спешно отозвано из Камрани, – понимающе кивнул Илья Георгиевич, – а что насчет автоматического зонда? Он найден?

– К сожалению, нет. Скорее всего, его похитили, а на нем записана ценная информация, которая может пригодиться нашим конкурентам, также претендующим на аренду Камрани. Что думаешь по этому поводу, товарищ капитан второго ранга?

– Допустим, это действительно акустическая пушка, расположенная на каком-то подводном плавсредстве, которое может целиком или частично всплывать.

– Не исключено, – нахмурил брови вице-адмирал.

– И вот что еще. Наши ученые, находившиеся в моторке, погибли. А упавший в воду выжил. Инфразвук в морской воде распространяется, но по-другому, для человека он в этой среде не смертелен. Однако во время снятия якорного зонда поблизости судов и кораблей не было, это факт. Значит, такая пушка могла быть только на подводном объекте, который незаметно всплыл.

– Возможно. Что еще? – заинтересованно спросил Столетов.

– Объект этот небольшой, но мобильный.

– Почему небольшой?

– Чтобы операторы сонаров на него особо не реагировали. Он должен восприниматься оператором как природный объект. Максимум – пять-шесть метров. Максимальное погружение – метров десять.

– Принимается, – поднял палец вице-адмирал, – дело не в давлении воды, просто его главное оружие эффективно лишь на поверхности.

– Сделан из каких-нибудь композитных материалов. Скорее всего, дистанционно управляемый.

– Почему именно так?

– И оператора с экипажем, и двигатель с топливом, и электронную начинку в один корпус не засунешь.

Макаров замолчал и отпил кофе.

– Это все?

– Нет, товарищ вице-адмирал. Исходя из всего этого, у подводного плавсредства не слишком большой запас хода, и оператор, который им управляет, находится где-то поблизости… Подлодка, батискаф, любое торговое судно. А это значит, что оснащенное акустической пушкой плавсредство должно довольно часто всплывать для заправки и техобслуживания.

– Логично. Но зачем было убивать наших ученых? Ведь якорный зонд могли выкрасть чуть раньше, чем с гидрографического судна спустили моторку.