Очистив разум от лености и рассеянности, сделав его непоколебимым,

Он освобождается от разума и идет к высшему уделу.

До той поры следует обуздывать разум в [своем] сердце, пока он не придет к уничтожению

Это – знание и освобождение, [все] остальное – простершиеся [в мире] узы.

Счастье, которое обретают мысли, погруженные в Атмана и очищенные сосредоточенностью от скверны,

Не может быть описано словами – оно постижимо лишь своим внутренним началом.

Как нельзя различить воду в воде, огонь в огне, пространство в пространстве,

Так и тот, чей разум вошел в [Атмана], достигает освобождения.

Поистине, разум – причина уз и освобождения людей:

Привязанный к предметам восприятия, [он ведет] к узам, избавление от предметов восприятия зовется освобождением.

Поэтому, кто не исполняет агнихотру, не раскладывает огонь, не знает, не размышляет, тому закрыт [путь] к воспоминанию о пространстве – уделе Брахмана. Поэтому следует совершать подношение на огне, раскладывать огонь, чтить его, размышлять о нем.

35. Поклонение огню, пребывающему в земле, помнящему о мире, – доставь мир этому жертвователю! Поклонение ветру, пребывающему в воздушном пространстве, помнящему о мире, – доставь мир этому жертвователю! Поклонение солнцу, пребывающему в небе, помнящему о мире, – доставь мир этому жертвователю! Поклонение Брахману, пребывающему во всем, помнящему обо всем, – доставь все этому жертвователю!

Золотым диском покрыто лицо действительного.

Ты, Пушан, открой его чтущему действительное, Вишну.

Я это тот пуруша в солнце. Поистине, это чтущий действительное, солнечная природа солнца; это чистый пуруша, бесполый. Это лишь, часть света, вошедшего в пространство; это словно в середине солнца, в глазу и в огне; это Брахман, это бессмертие, это сияние, это чтущий действительное. Это лишь часть света, вошедшего в пространство; это бессмертие в середине солнца; поистине, луна и жизненные силы – его ростки; это Брахман, это бессмертие, это сияние, это чтущий действительное. Это лишь часть света, вошедшего в пространстве; это яджус. что сияет в середине солнца; Аум, воды, свет, сущность, бессмертие, Брахман, бхус, бхувас, свар. Аум!

С восемью стопами, сияющий "гусь", с тремя нитями, тонкий, непреходящий,

Слепой к добру и злу, пылающий жаром, – видящий [его] видят все.

Это лишь, часть света, вошедшего в пространство; это то, что, поднявшись в середине солнца, становится двумя лучами; это знающий, чтущий действительное; это яджус, это подвижничество, это огонь, это ветер, это дыхание, это воды, это луна, это ясное, это бессмертие, это обитель Брахмана, это океан света – в нем жертвователи растворяются, словно соль. Поистине, это единство с Брахманом, ибо там заключены все желания. Об этом говорят: "Подобно светильнику, колеблемому легким ветром, горит тот, который входит в среду богов". Поистине, кто знает это, тот – знающий, тот – знающий различие; он достигает единства и проникается им. Те, кто постоянно поднимается подобно каплям, подобно молниям огненных облаков в высших небесах, – [те] силой своего пребывания в свете и славе, поистине, подобны гребням пламени.

36. Поистине, есть два образа света Брахмана: один – успокоенный и один – изобильный. И успокоенный имеет своей опорой пространство, изобильный – пищу. Поэтому следует совершать подношения на алтаре священными словами, травами, маслом, мясом [жертвенных животных], лепешками, вареным рисом и прочим, [а также] оставшимися едой и питьем, [влагая их в] рот с мыслью, что рот – [огонь] ахавания, [и делать это] ради увеличения жара и достижения мира чистоты и бессмертия. Об этом говорят: "Пусть стремящийся к небесному [миру] совершит агнихотру. Агништомой он достигает царства Ямы, уктхой – царства Сомы, жертвой шестнадцати – царства солнца, атиратрой – независимости, тысячелетней жертвой – [царства] Праджапати".

Как светильник существует благодаря соединению фитиля, сосуда и масла,

Так же Атман я Шучи существуют благодаря соединению внутренней [сущности] и яйца [Брахмана].

37. Поэтому следует чтить этот неизмеримый жар этим [звуком] Аум. Он произносится трижды: в огне, в солнце и в дыхании. Это артерия, по которой обилие пищи подносится на огне и идет к солнцу. Сок, который течет от нее, проливается дождем в удгитхе. От него [возникают] жизненные силы, от жизненных сил – потомство. Об этом говорят: "Возлияние, которое подвесится на огне, идет к солнцу; [своими] лучами солнце проливает его дождем, от него возникает пища, от пищи – существа". Ибо говорят так:

"Возлияние, должным образом поднесенное на огне, восходит к солнцу.

От солнца рождается дождь, от дождя – пища, от нее – потомство".

38. Совершающий агнихотру прорывает сеть алчности; далее, рассекая ослепление, не потворствуя гневу, размышляя о желании, он проходит через сокровищницу Брахмана из четырех сетей, затем – в высшее пространство. Здесь, пройдя через сферы солнца, луны, огня и истинного, чистый, он зрит пребывающего в истинном, неподвижного, бессмертного, неразрушимого, стойкого, зовущегося Вишну, высшее всеобщее прибежище, наделенного любовью к истинному и всезнанием, самостоятельного, мыслящего, пребывающего в своем величии. Об этом говорят: