Ксенофонтов послушал Николая, а потом вышел. Через пару минут в комнату вошёл незнакомый молодой парень и пригласил пройти. Через три двери был кабинет Сталина. Товарищ Сталин был такой, каким его показывают в фильмах, только значительно моложе. И глаза добрые - добрые.

— Здравствуйте, товарищ Николай - с ощутимым акцентом сказал он.

Мы наслышаны о Ваших успехах. Впрочем товарищ Сергей тоже хорошо и успешно работал и сильно нам помогал. Я надеюсь на такое же плодотворное сотрудничество. Расскажите пожалуйста о результатах Вашей поездки.

Николай вкратце повторил общие выводы расследования.

— Значит, Вы считаете, что это может быть согласованная операция военной разведки товарища Троцкого?

— Судя по небольшой сумме кражи можно подозревать и деятельность одиночек. Но для того, чтобы решиться на наше физическое уничтожение, необходима санкция сверху. Или из Москвы, или из верхушки резидентуры в Берлине.

— Иван, -обратился Сталин к Ксенофонтову. Ты сможешь доказать причастность Эйсмонта к этой операции?

— Нет. У нас только показания Френкеля, а они не будут приниматься в расчёт. Начнётся расследование и в конце концов дело сведут на пару технических работников, которые сговорились за спиной у руководства.

— А Вы, Николай, сможете доказать участие военных в этом деле?

— Нет. Я бы на их месте всё отрицал, на худой конец сказал, что перепутали машины. А ссылка на немецкие документы только ухудшит дело.

Сталин задумчиво вертел в руках карандашик. Было видно, что аргументацию он воспринимает и внутренне соглашается. Более того, скорее всего, это он всё давно продумал, а слова присутствующих просто подтверждают его мысли.

— Значит, мы находимся в положении умной собаки - всё понимаем, но высказать не можем? Тогда мы не будем дразнить гусей. Я думаю, господин Френкель будет являться организатором этой провокации. Его надо будет убедить в этом и передать в руки ОГПУ. Собственно, это их дело. Бандитов, убивших нашего сотрудника - уже наказали. Кражу денег предотвратили. Что остаётся?

— Остается раздать награды, Иосиф Виссарионович - сказал Ксенофонтов.

— Ну, товарищ Сушин - наш опытный работник. И этот случай - не первый, когда Орготделу и Управлению делами приходится заниматься несвойственными для них функциями. Я считаю, что надо создать при Управлении новый отдел, назовём его Особым отделом. Иван, приготовь бумаги на Секретариат. Во главе надо поставить Алексея, а его замом - этого бывшего полицейского - Сталин глянул в бумажку - Степана Терентьевича Аршинова. Он умеет хорошо искать и допрашивать. А Алексей будет учиться и решать организационные вопросы. Как, Иван, отдашь сотрудника?

Ксенофонтов кивнул, а Сталин повернулся к Николаю.

— А Вам, товарищ Николай, какой награды Вы ожидаете. Вы нам очень помогли и вправе рассчитывать на наши ответные услуги.

Неожиданно молчаливо сидящий Алексей сказал

— Пока Николай думает, у меня вопрос есть. Не нравится мне эти ребята. Уж больно они шустрые. Я не за себя боюсь, я боюсь, что крупная стрельба возникнет.

— Мы вчера удалили товарища Эйсмонта из Москвы. Товарищ Эйсмонт поехал на Кавказ руководить хозяйством. Там у него не будет времени лезть во внешнюю политику страны. Мне кажется, что те круги, которые задумали осуществить эту комбинацию, прекрасно поняли наш намёк, и вряд ли они пойдут на обострение.

Все последние пять минут Коля думал о том, что попросить. Мыслей особо не было. В голове вертелся старый рассказ, как однажды Фадеев, Тихонов и Соболев были у Сталина, и тот обратился к ним с подобным вопросом. Соболев попросил машину - ему дали машину. Тихонов - дачу - ему дали дачу. А Фадеев попросил «Вопросы ленинизма» с автографом вождя. Ему дали «Вопросы ленинизма», а заодно новую квартиру, машину и дачу. Поэтому Коля решил, что скромность всегда украшает.

— Помощь в решении оперативных вопросов разве что. А так как в Греции, всё есть.

— Это естественно и в рамках нашей договорённости с Сергеем. Вы помогаете нам, а мы вам. А у Вас лично есть просьбы.

— Товарищ Сталин - решился Николай - Я сейчас ищу одного человека. По моим данным он находится в спецотделе у Бокия. Это археолог, который должен дать возможность найти могилу Чингисхана. Мы с Сергеем давно планировали эту экспедицию. Если есть возможность, помогите.

— У товарища Сергея всегда были сложные задачи. Но я подозреваю, что с легкими он справлялся сам. Мы попросим главу нового, Особого отдела помочь Вам. А если у Вас не получится, и потребуется наше вмешательство, мы позвоним Феликсу Эдмундовичу и Ваш археолог будет освобождён. Но мне почему-то кажется, что Вы вполне справитесь сами.

Старая площадь была как всегда, оживлённой. Рабочий день кончался, и народ потихоньку, расходился по домам. Николай пошёл на Мясницкую пешком - Саша с машиной должен был ждать его там. После Берлина Москва казалась низенькой и чуть потускневшей.

Какой-то мальчишка пристал, прося копеечку, но Коля денег мужчинам не давал уже давно.

Перовский поздоровался радостно. У Николая мелькнула идея познакомит его с Лембертом. Возможно они нашли бы общий язык и интересы. При ближайшем рассмотрении мысль понравилась. Перовский вообще был ему симпатичен. Выжить и заниматься бизнесом после революции и гражданской войны -тут требовалась смелость и большая доля авантюризма.