Откуда-то издалека до нее донесся протяжный собачий вой. Арабелла открыла глаза и увидела уткнувшееся в землю копье. Роберт лежал подле, широко раскинув руки и ноги.

Арабелла поняла, что он мертв. У нее над ухом раздавался чей-то плач. Она почувствовала, что лежит на коленях у мужчины, который горько плачет, целует ее и одновременно отирает кровь цыгана со своих рук.

– Сестра моя, любимая моя сестра… – услышала она скорбный вопль и только теперь узнала голос брата.

– Рауль? – прошептала она.

– Да, это я, Рауль. – Брат крепче прижал ее к груди. – Господи, сохрани ей жизнь! Не дай ей умереть!

– Ты приехал из такой дали, чтобы убить нас, брат мой? – прошептала Арабелла.

– Нет! Не для этого, нет! Я приехал, чтобы увезти тебя с собой. Господи… спаси ее от мук, от невыносимых страданий!

И вдруг настала тишина, нарушаемая лишь тоскливым воем Калифа и безутешными всхлипами Рауля. Арабелла постаралась дотянуться до безжизненной руки Роберта. Ей было неловко доставлять огорчение брату.

– Рауль… – теряя силы, прошептала она.

– Да, я здесь. Я приехал за тобой… – с трудом вымолвил он, глотая слезы.

Она хотела спросить у него что-то важное, но не смогла: мысли путались у нее в голове.

– Сестра моя, возлюбленная моя Арабелла, живи… – откуда-то издалека доносился до нее родной голос.

Арабелла чувствовала, что должна что-то ответить, хотя бы несколько слов. Но силы неожиданно оставили ее.

– Неужели так быстро темнеет? Почему я не вижу твоего лица?

– Господь Всемогущий, не позволяй ей умереть! – воскликнул безутешный Рауль.

Арабелла предприняла еще одну слабую попытку коснуться мертвой руки, которая так напоминала руку Роберта, но была лишена его жизненной энергии. Но тотчас сдалась и внезапно очутилась очень далеко от Роберта, Рауля и сопровождавших его людей…

– Рауль, кому мы причинили зло? – шепнули ее губы.

Лицо брата почти поглотила тьма.

Ее взгляд постепенно остекленел, в глазах застыл вопрос, на который ей не суждено, было получить ответ.

Рауль склонился над телом бездыханной сестры и поцеловал ее закрывшиеся навеки очи. Калиф перестал бесноваться и припал на передние лапы, тихо скуля.

– Арабелла, возлюбленная моя сестра…

Воины, сопровождавшие Рауля, в один голос вымолвили:

– Матерь Божия, упокой душу этой святой грешницы…

– Благословения, покоя просим для нее…

– Тот, кто боится больше всех, тот и виновен…