– О чем же надо думать? – улыбнулась она.

– О возвращении назад. Там твой дом, семья. Ты принадлежишь им, а не мне. Они уже давно ищут нас, мы можем наткнуться на них в любой момент.

– Еще совсем недавно я ненавидела тебя и собиралась уйти, – ответила она.

– Ты и сейчас собираешься уйти.

Она отвернулась и прижалась к нему спиной. И только спустя много времени его руки легко коснулись ее груди. Он положил ее на постель и лег сверху, зажав ей рот рукой, когда с ее уст сорвался вздох наслаждения.

Нет, он не собирается ее отпускать! И она не хочет расставаться с ним. Никогда.

Их близость продолжалась недолго, после чего он без слов оделся и вышел. Арабелла лежала с закрытыми глазами и не думала больше ни о ненависти, ни о возвращении в прежний мир.

Беременность уже не пугала ее. Преследуют их или нет, что принесет им завтрашний день – все не важно. Тепло, близость – вот единственная реальность.

Роберт хотел как можно скорее покинуть табор. Вероятно, он действительно не доверял своим соплеменникам. Кто знает, может быть, их искали здесь не три недели, а три дня назад? Может быть, их преследователи находятся где-нибудь поблизости?

Они выехали с наступлением темноты и не останавливались до рассвета. Арабелла почти все время сидела около Роберта на козлах. Ее прежняя враждебность породила в ней потребность ощущать его рядом, решение покинуть его навсегда магическим образом претворилось в желание не расставаться с ним ни на мгновение.

– Давай забудем этот разговор, – предложила она. – Я не оставлю тебя. Неужели тебе бы этого хотелось?

Роберт сосредоточенно правил лошадьми и не ответил. Когда она коснулась его локтя, он отрицательно покачал головой.

– Нет, я не хочу терять тебя. Но дело наше дрянь. Признай это, Арабелла, иначе мы не поймем друг друга. Ты была бы в большей безопасности с кем угодно, кроме меня. Даже если они хотят всего лишь забрать тебя и вернуть отцу, мужчинам иногда приходится сражаться.

– Я знаю, – отозвалась она задумчиво, словно размышляла над такой возможностью впервые.

Она всегда считала, что им удастся обвести преследователей вокруг пальца и добиться того, что отец и Гуиз откажутся от поисков.

Но видимо, отец намерен вернуть ее любой ценой. Они с матерью возлагали на нее большие надежды: удачное замужество дочери помогло бы им расширить свои владения. Эту проблему родители обсуждали в ее присутствии последние несколько лет.

«Она для нас ценнее, нежели все ее братья, вместе взятые», – заметил как-то отец, и Арабелла понимающе улыбнулась. Она вовсе не хотела возлагать на себя обязательства, связанные с властью, но интересовалась отцовскими проблемами и в свои двенадцать лет была посвящена в сложности правления государством более чем ее братья.

– Ты прав, – сказала Арабелла цыгану. – Они не прекратят поиски. Впрочем, не думай, что если отец найдет меня, то будет ко мне милосерден.

Она замолчала, вспоминая, каким отец бывает в ярости: это случалось нечасто, однако в такие минуты лучше было не попадаться ему на глаза. Раньше его гнев никогда не был направлен на нее саму, сестер или мать, но теперь она неминуемо станет объектом этого гнева.

– Он вполне может убить меня, – продолжала она. – Особенно если узнает, что я ношу под сердцем твоего ребенка. А ведь я беременна, правда? – Она задумчиво взглянула на грудь и слегка сжала ее. Резкая боль заставила ее поморщиться. Без сомнения, это так.

– Думаю, да.

– Откуда ты можешь это знать! – рассмеялась она. – Я спрашиваю тебя, словно ты в состоянии ответить на любой вопрос. Странно, но я верю, что это так. Ты можешь общаться со сверхъестественными силами, я это чувствую. Иначе как бы ты стал таким, каков ты есть?

Он ничего не ответил, и они оба довольно долго молчали. Светало. Роберт отослал ее в кибитку, где она переоделась и легла спать в надежде, что он ее разбудит, прежде чем заснет сам.

Однако этого не произошло, и когда она проснулась около полудня, то обнаружила, что он уже на ногах. На нем был костюм оруженосца: трико, плотно обтягивающее бедра и ягодицы, – одна половина зеленая, другая желтая; короткая куртка такой же расцветки. Этот наряд он носил, когда служил у своей графини. Роберт однажды примерил его, когда Арабелла замучила его расспросами о том, как он выглядел в те времена, когда жил с ней.

Роберт собирался в соседний город на ярмарку, чтобы купить ей коня взамен Соломона. Они были довольно далеко к югу от владений отца и Гуиза, и Арабелла могла по ночам кататься верхом. Это оставалось столь же рискованным, но находиться взаперти ей было уже невмочь.

– Меня не будет какое-то время. Еда на столе.

Она вскочила с постели в страшном испуге.

– Ты вернешься? Ты не оставишь меня?

– Я вернусь. А ты не очень-то доверяешь мне, да? – улыбнулся он. – Впрочем, как и я. С тебя станется взять Птолемея и ускакать от меня.