Шрифт:
Сознание Роперодена, его черты, его мозг…
Его собственный отец.
К ним подошли Таня и Бен.
– Эмбер и Чен на стене, Флойд – по другую сторону, – сообщил Бен. – Надо что-то делать.
Мэтт кивнул.
Совершенно измученный, он кое-как встал на ноги.
– Мы поднимемся вдвоем с Тобиасом, – сказал он.
– Как ты собираешься это сделать?
– Буря продлится недолго, она закончится с уходом Роперодена – существа, которое вы только что видели. Мы воспользуемся бурей, чтобы немного полазить…
– Ропе… Откуда ты его знаешь? – спросила Таня.
Мэтт не ответил, подхватил рюкзак и сунул меч в ножны.
Затем направился к Плюм, снял с нее рюкзак и лук Тобиаса и отдал их другу.
– Как они уцелели? – в изумлении воскликнул тот.
– Я знал, что рано или поздно найду тебя. Я никогда не терял надежду, Тоби.
Тобиас обнял его и тихо прошептал:
– Мы выясним, как твой отец оказался Ропероденом. Думаю, узнав это, мы все поймем, да?
Мэтт кивнул, и они направились к стене.
Когда друзья оказались у ее подножия, Тобиас привязал веревку к оперению стрелы, отступил на несколько шагов, прицелился и подумал:
Без Эмбер выстрел не будет таким точным! Но я доказал, что кое-что могу и сам!
Чен подал знак, что все тихо, и Тобиас отпустил тетиву.
Стрела полетела сквозь дождь и пронеслась совсем рядом с Ченом.
Последний отшатнулся, исчез и появился снова со стрелой в руке. Он обмотал веревку вокруг зубца, и Мэтт стал подниматься по ней.
– Мне хватит сил, чтобы залезть и втянуть тебя наверх, – сказал он Тобиасу. – До встречи!
Они так и поступили. Вскоре Тобиас тоже оказался в проеме между бойницами и, чтобы замести следы, отвязал веревку от пояса.
Молнии перестали сверкать, дождь почти прекратился. Буря заканчивалась.
– Я уложил Эмбер в углу, возле бочек, она без сознания. Она держала этот кусок ткани из последних сил, на что и ушла вся ее энергия, – сказал Чен.
Мэтт и Тобиас подождали, пока мимо пройдут часовые, и бросились к Эмбер.
Мэтт обнял девушку:
– Эмбер, Эмбер, очнись! Ты нужна нам!
Несколько мгновений друзья пытались привести ее в чувство.
Веки девушки дрогнули, она медленно открыла глаза.
– Тоби? – прошептала она.
– Да, это я! Рад снова видеть тебя!
– Я думала… вы все…
Глаза Эмбер были мокры, и Мэтт не мог понять, дождь это или слезы, катившиеся по ее прекрасному лицу.
– Можешь идти? – спросил он.
– Думаю, да… Но не проси меня еще раз использовать мое изменение. Мне кажется, оно убьет меня.
Друзья помогли девушке встать. Она покачнулась.
– Надо впустить остальных, – сказал Мэтт. – Открыть им ворота. Наша миссия не завершена.
26. Время разделиться
Четверо пэнов пробрались внутрь ближайшей к донжону башни.
Источающие характерный прогорклый запах, масляные лампы давали оранжевый свет. В высокие узкие окна стучал дождь.
– Надо поторапливаться! – прошептал Чен. – В такую погоду часовые менее внимательны! Но долго это не продлится.
– Ты видел где-нибудь отряды жрунов? – уточнил у него Мэтт.
– Нет, во всяком случае, в центральном дворе их нет. Да и вообще, в крепости очень тихо. Мое мнение: жруны просто прошли через крепость и отправились дальше.
– Почему ты хочешь во что бы то ни стало впустить остальных? – спросил Тобиас.
– Только Бена, Хорейса и Таню, – поправил друга Мэтт. – Чтобы они все осмотрели и запомнили – это поможет разработать план наступления нашей армии.
– Нашей армии?
– Армия Эдема, армия пэнов. Выбора нет, теперь мы воюем с циниками.
– Ничего себе! Меня не было несколько дней, а у вас уже хаос!
– Тебя не было три недели! – заметила Эмбер.
– Так долго? В Роперодене время тянется иначе. Ни смены дня и ночи, ни еды. Если честно, я умираю от голода.
– Ты не ел три недели? – удивился Чен, вслед за Тобиасом спускаясь по ступенькам. – Не верю! Ты бы умер!
– Это другой мир. Наши тела были… Не знаю, как объяснить, как будто в спячке. И нам не надо было есть… Это…
– Тише! – оборвал его Чен.
Внизу послышались тяжелые шаги.