– Мне вот сюда, – сказала я таксисту, протянув ему карту, заляпанную воском, и ткнув пальцем в прорезь от ножа.

Мы проехали через весь город, петляя по улочкам, а я все выглядывала из окна в поисках неонового лотоса из видения. В такой поздний час было совсем безлюдно, и в темных окнах жилых домов не было ни намека на подпольный бар. Безмолвные здания сменяли друг друга, а нужная вывеска так и не показалась, даже когда водитель объявил, что мы приехали. Я уже думала просить его ехать обратно, когда вдруг с облегчением узнала старенький «Форд».

– Да, здесь!

Я выбралась из машины и пересекла неосвещенную парковку. Серая улица не подавала признаков жизни, пока не пошел дождь и мне не пришлось спрятаться под козырьком ржавой лестницы.

– Ах, так вот ты где!

Там, спрятанная от случайных взглядов, мигала вывеска в форме цветка лотоса. Пожалуй, еще никогда погода не портилась так удачно.

– Джерри! Тебе что, бабки не нужны? Сказал же двойную!

Звон серебряного колокольчика над входом. Я вошла внутрь душного зала, заставленного дряхлой, изжеванной временем мебелью. В воздухе комками висел сигаретный смог, но посетителей было немного: компания игроков в покер у музыкального автомата; одинокий пьянчуга, дрыхнущий в углу; четверо шумных молодых парней, бурно спорящих о футболе, блестели золотыми вставками вместо зубов.

Стараясь не обращать внимания на их свист, я дошла до барной стойки и взобралась на стул рядом со сгорбившимся Сэмом, даже не обернувшимся на звук колокольчика.

– Можно мне то же самое? – я кивнула на его стакан, и лохматый бармен, протирающий бокалы, оглядел меня со скептичным прищуром.

– Мы не пускаем несовершеннолетних. Ступай домой, девочка. Родители, небось, уже все морги обзвонили.

Я закатила глаза, и в этот момент Сэм повернулся.

– О боже, – выдохнул он, мгновенно протрезвев. – Ты-то здесь откуда?

– По твою душу явилась, – фыркнула я, демонстрируя ему смартфон Коула. Сэму пришлось наклониться и зажмуриться, чтобы побороть головокружение и рассмотреть смартфон. – Сам ты говнюк!

– Ах, – он понимающе хмыкнул, возвращаясь к своему стакану. – Я принцессу разбудил, надо же! А нечего отвечать на чужие звонки.

– Мы с Коулом живем в одной квартире! Разумеется, я отвечу на любой звонок, раздавшийся в четыре часа утра.

Сэм сложил ладонь в форме клюва и наглядно изобразил мою болтовню. Я поджала губы.

– Что должно произойти в жизни взрослого мужчины, чтобы он нажирался во вторник перед работой и вонял, как табун пастушьих псов? – спросила я, не сдержавшись. – Вдобавок названиваешь своему напарнику просто потому, что звонить больше некому. Знаешь, если тебе одиноко и нужен друг, то с Коулом вообще-то можно бы разговаривать и по-другому!

– Ты закончила? – огрызнулся он в ответ.

Я сложила руки на барной стойке и, успокоившись, кивнула.

– Скажи этому верзиле, чтобы налил мне выпить.

Сэм вздернул брови, но, не став возражать, щелкнул пальцами, привлекая внимание бармена.

– Эй, Джерри, я ее знаю. Это защитница убогих и обездоленных, мы работаем вместе. Налей ей тоже.

Джерри недоверчиво нахмурился, но, покосившись на полупустую кассу, вздохнул и поставил передо мной граненый бокал. Я отхлебнула, пробуя бурбон, и с трудом удержалась, чтобы не начать плеваться.

– Я сегодня узнала, что мой отец… не был мне отцом. Мама изменяла ему с другим мужчиной.

Сэм залпом проглотил виски и посмотрел на меня.

– Паршиво.

Задержав дыхание, я тоже залила в себя стакан и, стараясь не выкашлять свои легкие, удивленно взглянула на Сэма, когда он пододвинул ко мне еще порцию.

– А у тебя…

– Не-а, даже не вздумай! Я не стану изливать тебе душу и жаловаться на свое прошлое. Просто сиди молча и пей, как это делают взрослые суровые дядечки.

– Ладно.

Мы выпили еще по стакану, и я стала невольно отсчитывать часы до начала рабочего дня, который предвещал стать самым трудным за эти недели. Когда от бурбона лоб налился свинцом и я пожалела, что вообще выбралась из мягкой постели, меня внезапно взбодрил громкий смех, раздавшийся почти над самым ухом.

– Крошка хлещет чистый вискарь, погляди, – захохотал один из той четверки парней, что прежде сидела вокруг своего стола, обсуждая футбольный матч. – Может, она еще что-нибудь выпьет и захочет присоединиться к нам? Тут у Монти квартира свободна…

Я вскинула брови. Пошатываясь, мужчина привалился к углу барной стойки и навис надо мной, источая такое убийственное амбре из спирта и желчи, что мои претензии к неопрятности Сэма показались смехотворными. Стойко выдержав его плотоядный взгляд, я отодвинулась подальше.