Шрифт:
И вот наш режиссер Леин, видно, решив выслужиться, встает на четвереньки, подползает по ковру к Хрущеву и давай ему объяснять, что вот это, мол, поют, а вот танцуют… Тут его замечает генерал и к охранникам: «Это кто там ползает? Кто такой? Ну-ка быстро за жопу его и ко мне!» Охрана тоже ползет на четвереньках, окружает Леина и в буквальном смысле за жопу тащит его к генералу. Генерал его спрашивает: «И чего там тебе надо?!» А Леин: «Ну, я рассказываю, объясняю Никите Сергеевичу…» На что генерал грозным шепотом: «А он что, по-твоему, дурак, да? Он что, без тебя не понимает, кто пляшет, кто поет? Ну-ка быстро отсюда! Ползком!». И Леин несчастный исчез.
А Никита Сергеевич досмотрел эту елку с радостью. На этом представлении, кстати, была занята масса хороших артистов. Олег Николаевич Ефремов, например, был Добрым Молодцем и проходил с хоругвью в руках через весь зрительный зал. Гордо. Не говоря ни единого слова. Вот такая история…
Идиотская бронза
Когда Хрущев устроил разгром в Манеже, со скульптором Эрнстом Неизвестным была целая история. На этой знаменитой выставке, глядя на его работы, Хрущев спросил:
– Как твоя фамилия?
– Неизвестный.
– Нет, кто ты такой?
– Я Неизвестный.
– Никита Сергеевич, – подсказывают Хрущеву. – Это фамилия у него такая – Неизвестный.
Тогда тот говорит:
– А! Ну, считай, что с сегодняшнего дня ты совсем неизвестный!
Потом, еще раз посмотрев его работы, Хрущев спрашивает:
– А где ты бронзу берешь?
– На помойках, – отвечает тот.
– Лучше сдавай ее государству, – советует Хрущев. – У нас очень мало металла для шестеренок.
На что по легенде Неизвестный ответил:
– В метро у вас висит очень много идиотской бронзы. Снимите, переплавьте, и у вас получится очень много шестеренок…
От Сулеймана вам привет!
Однажды на Манежной площади был большой сводный концерт. Участвовали в нем многие артисты из детского театра, и как тогда было принято, играли сцены из спектаклей. Была такая артистка Неля Шеффер, которая должна была выйти и прочитать стихотворение «От Сулеймана вам привет, страна цветет для вас, ребята».
И вот Неля Шеффер вышла и в микрофон на всю Манежную площадь закричала:
– От Сулеймана вам привет!.. – и забыла продолжение.
За ширмой в это время стояли Печников, Ефремов, Заливин, другие артисты детского театра и шептали:
– Неля!!! Страна цветет для вас, ребята! Читай дальше, мы еще не готовы!
Она вышла опять к микрофону и закричала:
– От Сулеймана вам привет!..
И вся Манежная площадь хором заорала:
– Спасибо!
Неля бежит за ширму, уже слезы в глазах.
– У меня все вылетело из головы!!!
Ей опять:
– Иди, еще никто не готов! Не может быть такой паузы! Страна цветет для вас, ребята! Запомнила?
– Да…
– Иди!
Она опять вышла и крикнула:
– От Сулеймана вам привет!..
И вся площадь хором ей в ответ:
– И Сулейману от нас привет!
Неля опять пошла за ширму, уже рыдая. Воцарилась огромная пауза. Не помню уж, кто там вылез на сцену, каким-то образом замяли эту неловкость и концерт пошел дальше.
В танке
Старые люди любят вспоминать свое замечательное житье в коммуналках. Это неправда, я сам это испытал. С женой и только родившейся дочерью мы жили на шести метрах за занавеской. Когда к нам собирались гости, они говорили: «Пойдем к Дурову в танк».
Мы сидели за полночь, обсуждали вселенские вопросы, создавали новые театры, а потом на этих шести метрах у меня оставались ночевать до десяти человек. Я своими руками сделал поменьше кроватку для ребенка, чтобы оставалось больше свободного места. На полу мы расстилали матрас и укладывались. Удивительно, но в такой тесноте мы еще умудрились держать пианино. А все углы у мебели и у пианино мы обшили поролоном, потому что дочь Катька все время ударялась о них башкой.
Однажды мы с гостями уже засыпали, и один из моих друзей, футболист Лапшин, вдруг говорит:
– Лева, я вот лежу и все думаю: чем обивать всю мебель поролоном, может, лучше Катьке из этого поролона колпак сшить?
Мы ржали до утра…
Выговор за колбасу
Надо сказать, что Олег Николаевич Ефремов, будучи ведущим актером и режиссером, очень сильно любил валять дурака. Мы играли с ним в спектакле «В добрый час», который принес славу детскому театру, режиссеру Эфросу и всем актерам, которые принимали в нем участие.