Лорел взглянула на Джимми. И правда, не слишком похож на отца. Она прогнала от себя некрасивую мысль: у нее их и так предостаточно, не совладать.

В субботу она проснулась рано, и первая мысль — сегодня нагрянет Майкл. Примется допытываться, чем она занималась два года, а ей нечего ответить, и одному Богу известно, как он поступит тогда. От женщины, которая бросила родного ребенка, хорошего ждать не приходится. Боже, мне страшно. Единственная надежда, она — не Лорел. Доказательств у нее нет, так, одна интуиция.

Одеваясь, она встала у окна, и решетка на нем напомнила ей о новой проблеме. Неужели ее посадят в тюрьму за то, что она бросила ребенка, про которого даже не помнит? Но ей же не поверят ни за что. Согласятся ли Деверо платить доктору за лечение амнезии, в которую не верят? А что если лечение докажет, с абсолютной точностью, что она и есть эта ненавистная Лорел Деверо? Но зато, может, объяснит и сосущий страх… Она боялась, что память восстановится… а вдруг не восстановится никогда!

Перед ланчем Лорел присела на каменный бортик фонтана, изо всех сил стараясь ни о чем не думать, любуясь, как посверкивают солнечные лучи на ряби прозрачной воды.

Подняв глаза, она увидела Майкла — тот направлялся через мощеный дворик к ней.

Шагал изящно, точно летел, приближаясь с пугающей быстротой. Она знала — росту ему прибавляет ее страх перед ним.

— Вижу, ты еще тут, — он поставил ногу на ступеньку возле нее и тоже уставился на воду. — Родителям своим звонила?

— Нет, — она поймала себя на том, что затаила дыхание.

— Тебе не кажется, им бы тоже интересно узнать, что ты воссоединилась с миром?

— Я… да, наверное, надо… — за едким сарказмом его голоса она разгадала презрение, и ей стало еще беспокойнее.

— Но тебе не хочется. На всех наплевать, так? — Плечи у него слегка сутулились, раньше она этого не замечала.

Гнев в полуприкрытых глазах сменился холодным равнодушием. Она знала, сейчас начнется. Станет расспрашивать о двух годах: и правда, и уклончивость опять разозлят его. Но лгать она не могла. Опять-таки из-за страха.

Тут из кухни появился Джимми с остатками ланча на лице. Увидев отца, он резко на бегу свернул с курса.

— Пливетик, пап!

Лорел поняла, что получила отсрочку, наблюдая как большой склонился над маленьким, поймал его и посадил с неожиданной нежностью на широкие плечи.

— Майкл, поосторожнее с ним! — окликнула из дверей кухни Клэр.

— Он большой мальчик, Клэр. А, боксер?

Джимми молотил кулачками по голове Майкла.

— Вы прямо два разбойника! — Клэр засмеялась, подошла к ним и все трое ушли, исключив Лорел, будто бы ее и не существовало.

Со стороны их можно было принять за счастливое семейство — Джимми на плечах отца забирается на лестницу. Клэр суетится рядом, пытаясь снять малыша за ножку, трогая Майкла, привычно, небрежно. И Лорел почувствовала обиду и возмущение. Положение ее невыносимо! Никому она тут не нужна. Они и так счастливы, без нее.

Днем она лежала на просторной кровати, тщась сочинить правдоподобный рассказ о своем отсутствии. За ланчем Майкл разговора не поднимал, но все равно затеет, непременно. Одежда его из шкафа исчезла, так что можно не волноваться, спать он тут с ней не собирается. Историю нужно придумать такую, чтоб поверил суд. Она прикидывала так и эдак, пока не разболелась голова и окончательно не смялось покрывало — она беспрестанно крутилась с боку на бок. Все ее выдумки казались такими же глупыми, как и правда.

Будь у меня куда уйти, я бы попросту взяла да уехала. Никто бы и бровью не повел. Наоборот, вздохнули бы облегченно: наконец-то избавились от нее! Несчастнее и униженней она нигде не будет. Ужасно быть Лорел!

Шум со двора составлял слабый фон ее мыслям, но постепенно проникал в сознание — словно всплески воды.

От визга Джимми ее сдуло с кровати — она бросилась к двери. Мчась по лестнице, она увидела их в бассейне.

Джимми цеплялся за шею Майкла, светлая головка запрокинута, пухлые ножки стараются вскарабкаться на грудь отца, подальше от воды. Чуть в стороне стоит Клэр в черном глухом купальнике.

— Да успокойся ты, ради Бога! Теперь плыви к Клэр. И угомонись, держись на воде, — Майклу силой пришлось отодрать руки малыша от шеи и подтолкнуть его к Клэр.

— Консуэла! — Джимми нахлебался воды, пока достиг рук Клэр.

— Давай поверни его и присылай назад ко мне.

Пока Лорел добежала до голубого бассейна, паника ее обернулась гневом.

— Что вы делаете?

— Разве не видишь? Учу сына плавать. Жми, Джимми! Прекрасно получается! — на черных волосах груди и на руках Майкла блестели капельки воды.