Шрифт:
Франц вопросительно посмотрел на меня. Я показал на дверь.
Он вынул радиостанцию и что-то сказал.
– Сейчас принесут.
– пояснил он.
В конце коридора показался охранник тащивший здоровенную кувалду.
– Можешь идти.- отпустил его Франц, взял кувалду и ударил по замку, потом второй раз. Дверь была открыта и мы вошли.
Сейф был громадным чудовищем.
– Пусть вас это не пугает.- сказал Франц. Он покрутил рукоятку запорного механизма и открыл дверь. За ней была панель управления.
– Нужна карта!- сказал он.
Я достал из кармана несколько карточек, которые были в папке Араба, проверил.
– Есть!
Подошла карта с номером HQ-91, я вставил её в приёмник.
– Приложите палец.
Я вспомнил, как Араб снимал мои отпечатки пальцев на компьютер. Готовился заранее. Или что-то знал? Значит Али тоже знал, но не смог его бросить.
А меня всерьёз не приняли, поэтому я здесь...
Что-то щёлкнуло и дверь отъехала влево. Внутри стоял обычный металлический шкаф, забитый фолдерами личных дел сотрудников, лежал пистолет и в самом низу стояли четыре картона с молоком.
– Ваша продукция?
Я выгреб папки, позади них лежал брусок программатора, какой привёз мне Али в госпиталь, положил его в карман.
Быстро просмотрел личное дело Франца с помощью Юрия; служба в армии, Иностранный легион, пять языков, однако, работа на молокозаводе. Два года, между легионом и работой здесь выпадали. Показал ему два пальца. Где?
Франц улыбнулся.
– В России! Школа снайперов, потом Чечня, госпиталь, и сюда.
– Я не знаю ничего о помощи союзников.
– Это не была помощь, Дмитрий Васильевич послал меня туда. Как тренировка.
– Ясно. Здесь ничего нет о ваших родителях.
– Мать, с 2000 года в госпитале.
– Где вы живёте?
– Последние три месяца здесь.
– Понятно. Во дворе моя машина, принесите оттуда бумажный пакет, пожалуйста.
Он щёлкнул каблуками и ушёл.
Я взглянул на Юрия.
– Как ты мог? Кажется он живёт здесь!- передразнил я его.
– Сейчас придёт начальник службы безопасности, вместе с ним разберётесь, кто живёт здесь, а кто шпионит.
– Так я же не смог дозвониться. Как же он придёт?
– Он уже здесь.- ответил я, показывая глазами на Франца в проёме двери.
– Ваш пакет!- отрапортовал он.
– Отсчитай двести тысяч, это тебе подъёмные, как новому начальнику службы безопасности. Соответственно зарплата... Сколько ты имеешь сейчас?
– Семьдесят тысяч в год.
– А у его начальника какая, а Юра?
– Триста ...
– Понятно, почему тут у вас шпионы заводятся! Прибавишь Францу ещё пятьдесят, к трёмстам. Я тут записал номер своего телефона на столе, боюсь сотрётся. Дай ножик, Франц! Нацарапаю.
– Я сам.- сказал он.
– А что с Куртом?
– Ты началнык, твой башка умный.- ответил как Али.
– Но я бы его убил. Хотя бы за тех троих, что пропали.
Франц посмотрел на меня серьёзно, и кивнул.
– Будет сделано!
Формальности с визой уладили быстро. Немного денег в благодарность за срочность, и в паспорте Марты появилась вторая большая фиолетовая печать, разрешение на въезд в пределы Российской Федерации.
– Марта, а ты любишь Россию?
– спросил Мишка.
– Ich liebe Russland!- подтвердила она. (Я люблю Россию.)
Никак не могу понять, как эти двое понимают друг друга? Флюиды какие может?
Судите сами: Марта не понимает по-русски, а Мишка ни в зуб ногой по-немецки.
Они вдвоём уехали первыми. Из соображений безопасности. В международных аэропортах после 9/11, кто только не следит за пассажирами. Но спецслужбы самые незаметные. В том числе и российские. Так зачем подставляться?
На следующий день, я как бонвиван, на ярко красном открытом "Феррари-612 Скаглиетти" взятом в агентстве Еврокар, подъехал к представительству "Аэрофлота".
– Здравствуйте, мне нужны два билета до Москвы.- сказал я приятной молодой женщине лет двадцати восьми.
Годы идут, а соотечественники не меняются.
– Что тебе ещё нужно?- спросил её взгляд.
– На какое число?- произнесла она вслух.
Её глаза профессионально ощупали меня. Замечательная женщина! Только зачем она нажала на тревожную кнопку? Спустя несколько минут, в зале появились двое в сереньких костюмах, и большими пистолетами под мышками.
Один подошёл ко мне, второй контролировал ситуацию со стороны.