– Это не любовь, а похоть, Бекки, вот и все. – Кейт слегка ударила меня по голове. – У тебя всегда не любовь, а похоть. Но сколько обычно длится эта эйфория? Самое большое один-два месяца… Пока ты не познакомишься с его младшим братиком…

– Я думаю уйти от Джулиана.

Анушка резко свернула и увлекла по пути почтовый ящик.

Кейт хлопнула рукой по верху Анушкиного сиденья.

– Ну-ка развернись, тупица. Немедленно. Так, – сказала она, когда машина, визжа, остановилась у двойной сплошной. – Это официальный диагноз. Тебе вместо мозга вшили влагалище.

– Я понимаю, это безумие, но мне кажется, мы… не знаю… предназначены друг для друга, что ли…

– О да. Так было угодно судьбе, чтобы ты трахалась с ним за спиной у мужа. Знаешь что, давай поживее. Вперед. Вот что тебя ждет: два дома, которые тебе не принадлежат, два пылесоса, которые не работают, и его барабанщик, виснущий на шее у твоей матери на свадебном приеме.

– А мне кажется, это романтично… – прохлюпала Анушка.

– Романтика – глупая жажда жизни без накоплений и визитов к зубному. Романтика – это любовь вне реальной жизни. Женщинам нужно равенство, а не романтика.

Я провела языком по нижней губе, искусанной Заком.

– Кейт, но я так его хочу, что ощущаю это всем телом.

– …А похоть – постыдный, отвратительный трюк Матери-Природы, желавшей обеспечить продолжение нашего чертова рода. Это гормональная крапивница, и от нее можно вылечиться, только приняв хорошую дозу здравого смысла. А теперь иди и принеси нам кофе, – приказала она Анушке. – И одну булочку в форме пениса для нашей влюбленной дуры. – Она ткнула в меня согнутым пальцем.

– Дело не только в сексе, – сказала я Кейт. – С ним я чувствую себя другой, ну, какой-то новой, что ли.

– Новой? Да ты что? Электроприбор какой-то?

– С ним я чувствую себя молодой, Кейт.

– А не проще ли купить омолаживающий крем для тела? Или имплантировать силикон в грудь? Или сделать вакуумный массаж?

– Но у меня же не кризис среднего возраста.

– Что за бред? Ты хочешь променять свою старую жизнь на новую, а что это такое, если не кризис среднего возраста? Если бы ты была мужчиной, то покрасила бы волосы на животе или гоняла на красной «феррари». Боже мой, Бекки, почему тебе просто не попробовать вести себя как взрослая женщина? Правда, это будет довольно сложно в таком идиотском наряде.

– Он обожает, как я смеюсь. Он говорит, что мой смех – это взорвавшаяся улыбка.

– Боже мой, меня сейчас вырвет. Разве ты не понимаешь, что все дело в запретности? Вот что тебя возбуждает. А когда высокое напряжение спадет и пройдет похоть? Ты что, действительно хочешь пользоваться с ним одной щеткой для туалета?.. К тому же, как ты подберешь туфли, которые подходили бы к твоей калоприемной сумочке? Я не думаю, что Гуччи выпускают линию калоприемных сумочек, или выпускают, Анушка? – спросила она, когда пластиковые чашки с капуччино появились в окне.

– Все точно по Фрейду, куколка, – прокомментировала Анушка, втискиваясь на переднее сиденье.

– Что? – Я подула на кофе.

– Это очевидно. Разве его мама не умерла, когда он был маленьким?

– О! – Я закрыла руками лицо. – Понимаю. Конечно, должно существовать какое-нибудь пошлое психологическое объяснение тому, что молодой человек увлекается женщиной старше, – резко ответила я, надув измазанные пеной губы. – Давай на секунду поменяем пол: тридцатидвухлетний мужчина рвет брачные узы и сбегает с двадцатидвухлетней девушкой. Уровень толерантности резко возрастает, не правда ли?

– Сбегает? – Кофе брызнул у Кейт изо рта. – Ты серьезно думаешь уйти от Джулиана ради этого куска… кусочка шоколада?

– Но ты же сама советовала мне не выходить замуж!

– Ну да. Но, по-моему, свадьба или брак явно интереснее, чем развод. Ты представляешь вообще, что это такое? Триумф пизды над разумом. Джулиан – элегантный, трезво мыслящий, эрудированный… А твой Закери, очевидно, начинает разговор тем, что ударом в лоб открывает банку пива. Дальнейшее ясно.

– Как умно. В тебе говорит настоящая австралийка.

– Но он правда вульгарен, куколка.

– А мне-то что? Черт возьми, я бы предпочла Фальстафа Гамлету. По крайней мере, он умеет веселиться. Джулиан вообще не знает, что это такое, конечно, если это не прописано в его ежедневнике.

– Зак красив, я признаю это, – очередной ход Кейт. – Но ты скорее сможешь жить с человеком, который носит лохматые свитера, чем с тем, что скачет по сцене, перевязанный ремнями, едва прикрывающими его гениталии.

– Мне кажется, тебе подходит Джулиан, куколка.