– Дави их, ребята! И чтобы ни одна сволочь отсюда не выбралась!

Словно невидимая коса прошлась по ногам монстров, опрокидывая их на землю. Среди густого, заваленного буреломом леса нежити нечего было противопоставить ловкости и силе испов, так что скоро земля была усеяна воющими, еще живыми, но беспомощными тварями. Отважные малыши, деловито снуя между монстрами, резали им глотки.

Далеко была видна сверкающая звезда, так неожиданно появившаяся в ночном небе. Она сияла, как символ того, что защитники крепости не сломлены, что нежить не смогла ни уничтожить людей, ни подчинить их своей воле.

Король Кенлира нетерпеливо вздохнул: все его люди напряженно ожидали своего часа.

Тиар надел шлем и вскочил в седло. Деруен уже восседал на закованном в латы жеребце, подтягивая темляк булавы.

Он посмотрел на правителя строгим взглядом.

– Ну, Тиар, удачи! И пусть Трехликий внимательнее присматривает за нами!

Северянин кивнул, в который раз мысленно попросив у милосердного бога защиту для той, о ком беспокоился больше всего.

Давно зажглась белая звезда. Уже несколько часов союзники Тиара бились и умирали под ее мертвенно-холодным светом. Теперь пришел его черед.

Негромкие команды поднимали конников в седла. Длинные цепочки всадников потянулись по горным тропам. Перевалив через невысокую гряду, они спускались в долину, соединяясь в отряды. Тяжелые доспехи и наконечники копий тускло поблескивали в магическом свете. Глухой топот копыт сливался в мощный гул. Небольшие отряды объединились в общую массу, и пятитысячное конное войско двинулось вниз по долине в сторону Тургора. Скоро они увидели азанагов. Три тысячи всадниц молча пропустили огромную колонну вперед и поскакали следом.

Тиар заметил в первом ряду Гуалату, узнав ее и царицу по богатым доспехам. На время молодому человеку стало легче на сердце – судя по всему, отряд благополучно вернулся из вылазки в Ураст, – но потом Тиар снова помрачнел. У стен города шел бой, а энданская принцесса была не из тех, кто отсиживается в безопасности. Хорошо, если ее отцу или дяде достанет сил убедить упрямицу остаться в крепости!

Правитель Кенлира вздохнул: весь предыдущий опыт общения с ее высочеством просто вопил о том, что ее следует искать в самом опасном месте на поле брани.

Конники выкатились на пустошь перед городом и, подчиняясь коротким приказам, стали быстро выстраиваться на ходу. Бронированные всадники, подняв вверх копья, небыстрой рысью двинулись к крепости. Легкие всадницы разбились на два отряда и, прикрывая крылья войска, скакали слева и справа от северян.

Шум приближающегося сражения заставил сердца воинов биться чаще. Становилось все светлее. Оснирийцы на стенах, завидев сверкающее кованой сталью войско союзников, радостно закричали и замахали оружием.

Воинство Нейман тоже заметило новых врагов – Тиар слышал спешные лающие команды их командиров. Часть нежити развернулась навстречу новой угрозе: оборотни, скаля чудовищные пасти, выскочили из воющей массы и понеслись навстречу северянам. Завидев их, азанаги выдвинулись вперед и спустили тетивы луков. Только несколько оборотней, сраженных стрелами, не добежав, упали на утоптанную тысячей ног землю. Остальные врезались в строй латников, сминая его. Но ряды северян быстро выровнялись, а оборотни остались лежать на истоптанной траве.

Взвилась в небо огненная стрела, отдавая приказ. Всадники первой линии, опустив копья, плотнее сомкнули ряды. Голова к голове, круп к крупу они стали набирать ход. До рядов нежити оставалось совсем немного, когда воины пустили лошадей вскачь. Боевой клич, вырвавшийся разом из тысяч глоток, заставил врага отпрянуть. Сверкающий ряд, словно огромный иззубренный меч, с силой ударил по «телу» армии нежити. Первый строй кенлирцев, смяв ряды чудовищ, встал, последующие сбавили ход, но не остановились. Обученные биться в строю, лошади упорно продвигались вперед, опустив головы. Северяне кололи нежить длинными копьями, прорывавшихся ближе тварей рубили мечами. Азанаги крутились позади латников, стреляя из крепких изогнутых луков. Стрелы легко находили цели, пробивая крепкие шкуры монстров и доспехи воинов смерти.

Правое крыло кенлирцев заворачивало к восточной стене Тургора, усиливая натиск и окружая врага. Огромная армия королевы Эллисы, зажатая со всех сторон в страшной тесноте под градом сыпавшихся со стен камней и стрел, продолжала бешено сражаться. Энданцы, потеряв большую часть оборонительных копий, взялись за мечи.

Строй энданской дружины и гномов, отступая, уже дошел до конца долины. Дальше отходить было нельзя: открывался широкий проход в Оснирию и дорога на Эндану. Ряды дружины короля Аттиса так сильно поредели, что, если бы не неуязвимая «черепаха» подгорных воинов, толпы нежити уже давно опрокинули бы их.