Банкир хмыкнул. Схема действительно позволяла обойти действующий закон: на ценные бумаги ограничений не было. Закладные векселя таковыми и являлись. Да и сами контракты были составлены явно знающим стряпчим. Из них следовало, что торговый дом " Черников и сын", покупает на корню чуть ли не половину урожая Самарской и, части соседних, губернии.

Крестьяне получают десятипроцентный аванс сразу при подписании контракта, и цена остается неизменной до его полного окончания. А сумма выходила для крестьян очень даже заманчивой: при начальной стоимости нынешнего урожая (а банкир это знал из купеческих разговоров) в 85-90 копеек за пуд пшеницы, Черниковы предлагали сразу же рубль десять. И риска погодного не было: десятипроцентный аванс допускал гибель даже большей части урожая. Но уж больно сумма велика...

– Все равно - кредитный комитет может и не одобрить. Контракты, - банкир кивнул на лежащие, на столе бумаги, - штука хорошая, но обеспечением не являются.

– В крайнем случае, разобьем ссуду на несколько компаний. Или - по револьверной схеме - пожал плечами Денис.
– На первую партию зерна деньги у нас имеются. Она и пойдет в залог, а дальше - следующая партия...Так устроит?

Вощакин вновь кивнул: фирмы-однодневки в сомнительных комбинациях использовались частенько. И придуманы были задолго до нынешних реалий. Но про револьверную, или, по-другому, пирамидальную схему, банкир слышал впервые: активное использование они получили только в двадцатом веке. Супруга одного известного мэра применяла данный прием для скупки акций Сбербанка... Этого, естественно, банкир не знал.

Не знал он и того, что уже вторую неделю по основным зерновым уездам трех губерний - Самарской, Уфимской и Оренбургской - разъезжают молодые, шустрые покупщики торгового дома "Черников и сын". Свежеиспеченный старший приказчик Федька - теперь уже Федор Ефимович - ежедневно телеграфировал о состоянии дел. И уже было ясно, что предварительное число заявок на новый контракт, явно превышает сумму запрошенной Бесяевым ссуды...

– Ну а если не наберется должного количества желающих?
– сделал он очередную попытку обнаружить брешь в прожекте.

Денис молча выложил телеграммы и отчет со сводной цифрой потенциальных контрагентов.

– Все равно сумма велика, даже для нашего банка, - уже внутренне согласившись, с вздохом пожаловался банкир.
– В любом случае нужно будет получать разрешение учредительного комитета. Они должны вынести заключение по векселям вашего торгового дома. Без этого - никак.

– А вы им передайте, уважаемый Фрол Спиридонович, - понижая голос, наклонился к собеседнику Денис, - что наша благодарность не будет иметь границ. В пределах разумного...

***

Верно, гласит народная мудрость: нет, худа без добра. Жаркое лето, сгубившее значительную часть посевов, явно пыталось искупить свою вину. Сухая, ветреная погода приводила зерно в товарные кондиции без всяких механических ухищрений.

Владельцы хлебных амбаров, принимающие зерно на хранение и несущие убытки из-за резко уменьшившегося объема, пытались поднимать арендные ставки. Разочарование следовало незамедлительно: молодые и шустрые, невесть откуда взявшиеся покупщики, в жесткой форме ставили свои условия. Либо прежние договоренности, либо...Амбаров много - зерна мало.

На хлебных базарах царило схожее настроение. Привыкшие в урожайные годы диктовать свои цены, покупщики буквально рвали из рук друг друга каждую подводу с зерном. Волна неурожая, набравшая ход в еще Европе, докатилась и до Самарской губернии.

Торги на хлебной бирже, лениво стартовавшие с девяносто копеек за пуд, через неделю напоминали пчелиный улей: заявки на продажу по цене полтора рубля, разлетались как куличи в пасхальное воскресенье.

Базарные диалоги не отличались особым разнообразием:

– Степан, купон будешь брать? Весь обоз возьму.

– И почем за пуд даешь?

– По девяносто пять копеек.

– Тебе Мирон не сюда надо, а в птичьи ряды. Там курей много - вот их и смеши.

– Побойся бога, земляк, хорошая цена... Э-эх, где наша не пропадала - рубль дам!

– Купцы Черниковы рупь и десять копеек дают. И за подвоз - особо...

– Так сколько ты хочешь, бисово отродье?!

– Рупь и тридцать копеек...

– Держи купон - забираю...

Накрыв хлебные регионы Российской империи, волна, продолжая набирать обороты, покатила обратно в Европу. Заголовки газет пестрели прогнозами голодной зимы. Паника нарастала... Зерна не было!!!

***

Самара. 25 сентября. 1896 год.

В известной ресторации собирался в основном деловой и чиновный люд губернской столицы. В обеденное время переполненный зал разделялся по интересам: в левой - солнечной - стороне, окнами выходившей на центральную улицу, собирались купцы и промышленники, в правой - затемненной - вели чинные беседы судейские и биржевики.