— Теперь будут, — кивнув, прошипел хозяин. — На сей раз смыться безнаказанно никому не удастся.

Джокер не отрывал взгляда от пляшущих огоньков в камине.

— И потом вам останется только ждать, не так ли?

— Ничего, мы подождем, — произнес хозяин тихо, и застарелая ненависть проявилась в его глазах. — Мы подождем!

— Ужас какой, — сказал Андрей очень искренне, глядя, как Сашка в последнюю секунду уклоняется от атаки и едва уловимым глазу движением наносит ответный удар.

— Я тоже не могу смотреть на это, — мрачно добавила Маша. — Он дерется как машина, будто ему всё равно.

Электронное табло сменило цифру. Сашка снял маску, перчатки и пожал руку противника — он выиграл еще один бой. Но по лицу его догадаться об этом было невозможно — оно оставалось невозмутимым, словно он просто подобрал оброненную кем-то монетку. Только капли пота блестели на лбу.

Городские соревнования подходили к концу, Сашка уверенно шел к призовому месту. Из их школы он один умудрился выйти в финал, и вся его команда болела теперь за него. Сашка сел на лавку в ожидании следующего боя и повернулся к сидящему рядом Роману.

— Где мы сейчас по очкам? — тяжело дыша, спросил он.

— Второе или третье место, — ответил Роман возбужденно. Бросив на Сашку озабоченный взгляд, он добавил: — Ты в порядке? Слишком уж ты рискуешь!

Сашка молча кивнул.

— Смотри, ты уже заработал один штраф, — сделал ему замечание Роман. — Постарайся больше не получать, и тогда третье место у нас в кармане.

— А что нужно для первого? — спросил Сашка.

— Выиграть вчистую два боя, но это нереально.

— Посмотрим, — буркнул Сашка и, услышав свою фамилию, снова пошел к дорожке.

Этот и последний свой бой он выиграл вчистую. Когда ему вручали кубок вкупе с денежной премией, наблюдавшая за ним с трибуны Маша прошептала:

— Да улыбнись ты, чёрт!

Будто услышав ее, Сашка улыбнулся. Но лучше бы он этого не делал, настолько некрасивая вышла у него гримаса.

Маша поднялась и стрелой вылетела из зала. В глазах у нее стояли слезы. Влетев в расположенный неподалеку буфет, она с ходу схватила стакан с каким-то соком.

— А мне гуляш с лапшой, пожалуйста, — раздался сзади голос Андрея. — Ну ты и бегать! — удивился он. — Так проголодалась?

— А тебе бы только жрать! — не оборачиваясь, рыкнула на него Маша.

— А что такого? — возмутился Андрей.

Он взял тарелку и отнес ее к свободному столику. Потом вернулся за компотом. С уже сухими глазами, Маша молча наблюдала за ним.

— Ты что, есть не собираешься? — усаживаясь за столик, спросил Андрей.

Маша молча покачала головой.

— Тогда садись и подожди меня, не стой над душой. — Андрей принялся со вкусом поглощать обед. — Видела, что Сашка вытворял? Честно говоря, я такого не ожидал. Он всего-то три месяца как серьезно взялся за фехтование — и на тебе, все школы обошел!

— Он упрямый, — садясь напротив, сказала Маша негромко. — Я таких упрямых еще не встречала.

— Он не упрямый, он чокнутый, — отпив компоту, возразил Андрей. — Но ты права. Думаю, если б он так же серьезно взялся за магию, то уже владел бы ею не хуже меня. А вот тебе даже пробовать бесполезно, поскольку у тебя всё равно ничего не выйдет, — сказал он и сунул в рот еще кусок.

— Знаешь что? — плавно поднимаясь на ноги, сказала Маша. Она выдернула из-под носа Андрея тарелку, подержала секунду и с размаху одела ее ему на голову. — Иди-ка ты к черту со своей магией! — выкрикнула она и стремглав выбежала из буфета.

Андрей остался сидеть с вилкой в руке и содержимым тарелки, медленно сползающим у него с головы.

В это время Сашка, переодевшись, вернулся в зал отдать Роману сумку с фехтовальным костюмом, который принадлежал школе.

— Тебе денежный приз, нам кубок! — забирая у него сумку, сказал цветущий от счастья Роман. — А чего костюм отдаешь? Он же еще понадобится!

Сашка отрицательно качнул головой.

— Извини, — сказал он. — С фехтованием я закончил. Теперь у меня на очереди биология.

Обернувшись на ходу, он помахал на прощанье Роману, открывшему от удивления рот. На улице Сашку догнала Маша.

— Ты что, правда бросил фехтование? — запыхавшись, спросила она. — Мне Роман сообщил.

— Да, — не глядя на нее, сказал Сашка. — Правда.

Он пошел к остановке, щурясь от весеннего солнышка, не обращая внимания на Машу. Так он с ними обоими теперь и разговаривал, и исключительно в ответ на обращение к нему. Сам Сашка инициативы не проявлял.

Все зимние каникулы он просидел дома, запретив матери подзывать его к телефону, если звонил кто-нибудь из них. А также впускать их в квартиру. В ответ на ее недоуменный вопрос он коротко бросил: